Рубль – не деньги

В тот вечер – то же самое: шли на «Манон Леско»… и, конечно, ее заменили Чайковским. Я сокрушаюсь, смеюсь, а одна из наших девочек, назовем ее условно Женечка, и говорит:

– А какая разница? Ну заменили одну проститутку на другую…

– В смысле?!

– В самом прямом, – отвечает Женечка. – Проститутку Манон заменили проституткой Татьяной.

– Ну, с Манон – спорить не буду, а Татьяна-то с какого боку? – удивляюсь я.

– Давай разберемся, – и лицо моей визави становится необыкновенно серьезным, – только с самого начала.

– Женечка, она не предлагала себя, а признавалась в любви.

– Какая любовь! – она безнадежно махнула рукой, то ли на меня, то ли на девочку Ларину. – Вся любовь заканчивается койкой.

– Но у них-то койки не было.

– Просто не дошло, потому что она нашла себе олигарха, – твердо заявила Женечка.

Я поняла, что окончательно пячу, или мы говорим о разных произведениях.

– Олигарха?

– Гремина она себе нашла, вспомни: «… что нас за то ласкает двор…»

– Не вырывай из контекста: «… что муж в сраженьях изувечен…»

– Да там все хороши, – вдруг перескакивает Женечка.

– Что «Онегин»? Тоже проститутка?

– Ну, в каком-то смысле, – говорит Женечка и покачивает головой, – проигрался в пух и прах за границей и решил Татьяне на хвост сесть.

Одна из нашей компании решительно отодвинула чашку с недопитым кофе и молча вышла из- за стола, а я решила все-таки докопаться до смысла происходящего.

– Давай оставим Онегина в покое, ты сказала про все оперы.

– Нет, ты подумай про самое главное! Пушкин пишет: «Кто там в малиновом берете с послом испанским говорит?». Цвет берета напоминает о красном фонаре! – Женечка явно не собиралась останавливаться.

– Ты, подруга, даешь… Ладно, давай дальше, несчастного «Евгения Онегина» ты уже под орех разделала.

– Ты просто вдуматься не хочешь, – укорила меня Женечка, а вторая соседка пнула меня под столом.

– Что тебя конкретно интересует?

– Где ты нашла проституток в «Пиковой даме»?

– Что значит «где»? А Лиза?

– ??? – Я онемела. Впрочем, онемела и еще одна наша сотрудница, сидевшая за столиком. Она только выразительно наступила мне на ногу, дескать, заканчивай этот паноптикум… Но я уже не могла замолчать.

– Давай так: сразу выбрасываем из наших дебатов «Травиату», «Кармен» и даже «Аиду». Но Лиза- то что тебе сделала?

– Мне лично ничего.