Неофобия

– Пожалуйста, примеров найдёшь множество в квартире по улице Одиннадцатой Текстильщиков! – отвечаю я. – Мои крохи учатся на онлайн занятиях! Это раз.

Моя жена на удалёнке преподаёт по онлайн связи! Это два.

– Причём тут цивилизация и удалёнка? – не унимается Юрий.

– В жизни бывают крутые изменения, – начинаю я уговаривать его.

Он слушается. Тогда я продолжаю:

– Когда только появилась первая шумиха о Ковиде, я сказал семье: мы стоим у порога больших изменений.

Теперь мы можем связаться с любыми, с кем нам хочется установить связь, пусть он индус или китаец, пусть он американец или африканец, пусть он живёт на Антарктиде или в Арктике.

Тогда мне не пришло в голову, что влияние работы провайдеров будет столь всеобъемлющим.

Тогда мне показалось, что цифровые услуги созданы только на благо моей семьи.

– Ты, друг Йети, печёшься о своей семье, – говорит Юрий. – Ты лучше мне объясни, откуда взялась эта инфекция-берендей?

– Инфекцию создал человек, на неё есть авторство, – отвечает вместо меня Артём.

– Те, кто запустил Ковид-дыру в небо, теперь увидел, что весь мир, вздрогнув, оказался в шоке, – говорю я. – Могу только сказать, что моя семья испытала на себе полную силу дискомфорта от его полёта.

Находясь в постоянном напряжении, в страхе от шумихи вокруг инфекции, она познала силу беззакония.

Грянул апокалипсис! Я закрываю уши, а глаза показывают мне, будто сколачивают новый Ковчег!

При думе о человеке хочется петь о нём, как о великом созидателе земли.

Но человек сейчас утерял волю, потому он в полном одиночестве.

И в такое время инфекция демонстрирует свой норов.

Эту беду накликали сами люди.

Теперь от беды ищут спасения у Всевышнего.

– На кой ляд создан Ковид? – выходит из себя Юрий.

И тут Артём басит своим красивым голосом:

– Создатели инфекцию хотят, чтобы люди равняли их значимость Всевышнему и пали перед ними на колени.

– Всего-то? – удивляется Юрий.

– Не только, – отвечаю я. – Хотят сами жить долго и править миром тоже долго.

– На кой ляд? – опять спрашивает Юрий.

– Богу богово, кесарю кесарево! – отвечает Артём.

– Всё же сумели создать его, – добавляю я. – Это не надо забывать.

Мы, три дурака, шагая в укромном месте, в ста метрах от своей норки на Одиннадцатой Текстильщиков, нет-нет да оглядываемся, как бы инфекция не обнаружила нас тут на берегу утиного пруда.