Апокалипсис в шляпе, заместо кролика. Ковчег

И тут два варианта для объяснения столь большой внимательности Артемона к Никанору. Либо Артемон очень добросовестный сотрудник, всё-всё замечающий за объектом своего наблюдения, либо он слишком привередливый человек, который и сам вечно всем недоволен и он всегда ко всем вокруг присматривается и ищет в их поведении и внешнем виде изъяны.

– У тебя же полный дом всего, – Артемон начал перечислять в уме то, за что он терпеть не может Никанора, – думать в ближайшее время по большому счёту ни о чём не нужно.

Рядом, хоть несколько необычная, но зато какая девушка, которая ничего не просит, а готова тебя слушать, какую бы ты глупость ей не говорил, и следовать за тобой, куда бы ты ей не предложил бежать. Вот чёрт! – вдруг ахнул Артемон, озарившись страшной догадкой.

– Так вот он что задумал. – Придя в себя после этой вспышки озарения, Артемон, уставившись в монитор компьютера, ведущего прямую трансляцию с пижамного костюма Никанора, принялся раскручивать эту далеко уводящую мысль, которая только что пришла ему в голову.

– Хочет обмануть нашу бдительность, а затем воспользовавшись благоприятным моментом, прихватив с собой Матильду, сбежит вместе с ней. Его ведь ничего хорошего не ждёт за пределами нашего проекта, да и терять ему, скорей всего, нечего, – такие только и заявляются сюда, на эти проекты, – а он уже свыкся с такой замечательной, комфортной жизнью, да и Матильда, как бы ему стала в некотором роде близка своей привычностью нахождения рядом.

Вот он и задумал этот побег, где ему преференции может дать Матильда, которая неприхотлива и не требовательна к обыденной жизни, а также будет востребована на любой работе.

Ну а если что пойдёт не так, как им было задумано, то он всегда может прибегнуть к шантажу, заявив, что вынесет в публичную сферу то, чем мы тут занимаемся. «Они, бл**и, хотят заметить человеческие отношения между людьми, бездушной комфортабельностью отношений с роботом, – вот так эта падла, будет настаивать говорить, если ему не окажут вспоможение в финансах», – вспыхнувший праведным гневом на Никанора, за такую его подлость и коварство разумения, Артемон захотел немедленно и притом грубым способом, прямо кулаком по зубам Никанору, предотвратить возможность ему так действовать.

И только то, что Никанор находился отдалённо от него и пока что ничего такого не предпринимал, оставило Артемона оставаться на месте.