Осень одиночеств

И если весь мир притих,

Можно надеяться, что, авось,

Это и будет стих.

СЕГОДНЯ ВИДЕЛ…

Сегодня видел женщину большую.

Не менее, на глаз, двухсот кило.

Стояли мы, поверите ль, вплотную

В вагоне переполненном метро.

Я чувствовал себя вполне счастливым,

Вдыхая аромат её тепла,

Надеясь, что не слишком сиротливо

Распластан по поверхности бедра.

И мной владела лёгкая кручина,

Когда виденье в Марьино сошло —

Завидовал, что где-то есть мужчина,

Которому так крупно повезло.

СЛУЧАЕТСЯ, ЧТО НОЧЬ…

Случается, что ночь бескрайне широка.

И вдруг, иглой проткнув безмолвное начало,

Стремительно взмахнёт небесная рука,

Бросая нить звезды на бархат покрывала.

Случается, что день прозрачен, как вода.

А в нём течёт июль потоком отражений,

И хочется, чтоб так осталось навсегда,

И замерла душа в объятиях мгновений.

Случается, что век печален и суров.

Оставив городов развалины на суше,

Как дудочкой своей волшебный крысолов,

Уводит в пустоту потерянные души.

Случается, что миг так долог для любви,

Хватает на мечту, сомнения и старость.

И если жизнь его поделит на двоих,

Не верится порой, как много им досталось.

Случаемся и мы. Как видно неспроста

Случаемся на век, на день, на миг для встречи

Со всем что предстоит от люльки до креста,

И сможет положить судьба на наши плечи.

ЖЕНЩИНЫ ПРИХОДЯТ И УХОДЯТ

Женщины прощаются с тобою,

Будто шаловливый ветерок,

Но и возвращаются порою,

Словно пули, бьющие в висок.

Только что дарившие уютом,

Счастливы, заботливы, милы,

Тут же, глядя с ненавистью лютой,

Станут невозможно холодны.

Сколько в них невинности и страсти,

Так покорных гордости мужской!

Если ты попался в эти снасти,

Радуйся, что всё ещё живой.

Женщины, как джокеры в колоде,

Горе и услада наших глаз,

Женщины приходят и уходят

К нам. Но что приятнее, от нас.

Откройте же неведомую дверцу,

Скажите, женщины, что станет впереди,

Вы ненависть в моём безумном сердце,

Или огонь мерцающий в груди?

ТИХО БЫЛО…

Тихо было в тот день.

Как во сне.

Облака проплывали по небу.

Плащ промокший висел на стене.

Луком пахло и…

жареным хлебом.

На окне с занавеской шепталась оса,

За стеной деревянной барака

Чьи-то слышались голоса,

И соседская выла собака.

Был июль.

На часах без пяти.

Время нитью незримо тянулось.