Последний бой

– Десять секунд, новичок. После разминки десять раз отжаться.

По шеренге пронесся легкий смех. Майкл сообразил, что в отжимании кроется какой-то подвох.

– Отставить смех… чки. Пошли!

Разминка проходила на свежем воздухе и заняла всего тридцать минут. Но лучше бы она проходила в зале, потому что, несмотря на раннее утро, жара, усиленная влажностью, с непривычки навалилась на плечи Майкла потной тяжестью. Когда закончилась разминка, все двинулись на завтрак, а Кузнецов остался.

– Ну, парень, давай.

Майкл начал отжиматься и почувствовал, что ему что-то мешает. Он повернул голову и увидел как Кен поставил ногу на его спину и давит на него.

– Вот почему все так злорадно ухмылялись, – подумал Майкл. – Похоже, они тоже прошли через это.

Кен был невозмутим. Когда отжимания закончились, он сказал.

– Попробуй вставать вовремя.

Повернулся и ушел на завтрак.

***

Тренировки в лагере проводились два раза в день. Оканчивались они спаррингами. Затем следовал часовой разбор боев, отдых, затем обед.

Сончас. В пять снова тренировка, разбор, свободного времени у обитателей лагеря практически не было. За его пределы выходить запрещалось.

Конкуренция между боксерами была жесткая, если не сказать жестокая. Каждый понимал, что выживет сильнейший и старались всеми силами подавить соперников. Не брезговали и провокациями.

Особенно не сложились отношения у Майкла с одним из американцев пуэрториканского происхождения по имени Габриэль, Габи. Во время спаррингов он дрался грязно, в клинче шептал на ухо типа «Урод», «Ты покойник», чтобы вывести из равновесия, в общем, тот еще подонок.

Майкл терпел, но однажды пуэрториканец прошелся насчет его нетрадиционной ориентации. Это было прямое оскорбление. В родном городе Кузнецова за это могли и убить. Майкл молча ударил Габи. Тот рухнул как подкошенный – уже тогда удар у Майкла был что надо. На него бросился дружок Габи, но жидковат оказался против ветерана уличных драк рабочего района Челябинска. Майкл схватил стакан с обеденного стола и ударил им придурка. А потом добавил ногой в пах.

…На следующий день в тренировочном лагере появился сам Дэн Уолш – разбираться в инциденте. Майкла на время отстранили от тренировок, а пуэрториканца со сломанной челюстью отправили в больницу.

Они сидели с Дэном в кабинете для тренеров в ангаре.

– Рассказывай, – потребовал Уолш.

Майкл рассказал. Дэн Уолш долго молчал, а потом произнес:

– Пора тебе на ринг.