Из ящика стола

– Зинаида, снимай, – кивнула на него бабушка, перехватив удивленный взгляд женщины. – Ничего не говори, Зинаида.

Она сняла с сына простынь и я увидел изувеченные лешкины руки, располосованную, будто ножом, грудь.

– Попроси Глафиру не забирать его с собой, – сказала бабушка.

– Ба, да кого я попрошу? Как я попрошу? – недоуменно посмотрел на нее я.

– Как чувствуешь – так и проси. Как умеешь. Мертвые все слышат, – сказала она.

Я подошел к Лешке и погладил его по голове. Я гладил волосы и просил, как умел, Глафиру оставить его в живых.

Вдруг Лешка глубоко вдохнул, открыл глаза и зашелся в крике. Наверное, от боли. В эту же минуту треснуло пополам зеркало, стоящее напротив его кровати.

– Все, ушла Глафира. Оставила, – сказала бабушка и упала на пол без движения.

– Ба! – закричал я. – Тетя Зина!

Она прибежала на крик, запричитала, забегала между сыном и бабушкой.

– Где же эта проклятая скорая! – кричала она. – Вызвала же сразу, да как знала что и к утру не доедут! Ну, хорошее дело – до райцентра 60 километров! Что же делать-то…

Я слышал тетю Зину через слово, в голове шумело, картинка перед глазами расплылась и исчезла.

– Саша, ну ты-то куда… – донеслось до меня и я провалился в мягкую перину.

4

У меня на лбу лежало что-то мокрое и холодное. Я попытался открыть глаза – увидел сидящую на кровати маму.

– Мама, – прошептал я, протягивая к ней руки.

– Сашка, проснулся! – засуетилась она. – Ты лежи, у тебя жар, бабушка сказала, ты ангину подхватил.

– А Лешка где? Живой? Его собаки загрызли! Мы с бабушкой к нему ходили! Я Глафиру просил! – захрипел я действительно больным горлом.

– Ма! – позвала мама. – Про какую Глафиру Сашка говорит? Какие собаки? Кого он просил? – насторожилась она.

– Да бог с тобой, чудится ему – с температурой такой слег! – появилась в дверях бабушка.

– Все хорошо, Лешка твой в райцентр к родне уехал, – сказала бабушка и скрылась у себя в комнате.

– Мам, а еще мы на похороны ходили и…– отключился я, не успев рассказать ей про палец.

Мне вообще было много чего спросить у мамы – бабушкино поведение и происходящее вокруг становились странными и пугающими. Как, например, то, что я видел незадолго до «ангины» у нас во дворе.

На ночь глядя захотелось мне в туалет – а он у нас стоял на огороде, идти туда – через весь двор. Во дворе – темно, ни фонаря, ни лампочки над крыльцом дома. До него я добежал без задней мысли – не до страхов было.