Судьбой начертано, жизнью испытано

Оба после окончания войны продолжали много лет служить в армии. Самуил некоторое время служил в Австрии, потом в Одессе и Молдавии. Яков сначала служил в Германии, потом в России в Костромской области, а закончил службу на Дальнем Востоке. Беседы братьев-фронтовиков порою проходили за рюмкой водки. И как-то средний услышал, как отец сказал маме:

– Ты знаешь, Зина, смотрю я на наших детей, вернувшихся с фронта, и вижу, что они очень много пьют, неужели они там стали алкоголиками.

Когда об этом разговоре Яша рассказал брату, тот сказал:

– Надо поговорить с папой, а то даём родителям лишний повод для волнений.

– Согласен, ты, как старший и врач, постарайся всё объяснить. Ведь мы изливаем друг другу душу, а здесь рюмка водки – хороший помощник.

Однажды, оказавшись наедине с отцом, Самуил, обняв его, произнёс:

– Папа. Тебе не надо беспокоиться. Мы не алкоголики и никогда ими не станем. Просто в обстановке отчего дома мы немного расслабились.

Правда, на войне сто грамм были лучшим лекарством – снимали напряжение, вдохновляли и поднимали настроение.

Отец с пониманием относился к состоянию и настроению сыновей, вернувшихся с войны. Несмотря на дефицит, он прилагал максимум усилий, чтобы желания приехавших на побывку детей можно было максимально удовлетворить. Больше всего родителей беспокоило, что посетившее их долгожданное счастье – вернувшиеся живыми сыновья с фронта, собравшиеся вместе все дети – быстро пройдёт: дети разъедутся – и родительский дом вновь опустеет.

Так и случилось. Старший уехал продолжать службу в Одессу, средний получил назначение в одну из частей, дислоцирующихся под Костромой, младший на учебу в Москву. Судьба главным образом из-за войны так распорядилась, что больше никогда братья не жили в одном городе, в одной с родителями семье.

Спустя годы, вспоминая этот разговор братьев, Иосиф подумал, могли ли они тогда даже в самом кошмарном сне представить, что пройдёт лишь несколько десятилетий, для истории срок незначительный, и найдутся люди, которые будут из кожи вон лезть, чтобы исказить правду, переписать историю, стараясь принизить роль нашей страны в разгроме ненавистного врага и спасении всего человечества.

Размышляя об этом по прошествии многих лет, находясь уже на заслуженном отдыхе, Иосиф вновь и вновь возвращался к мыслям о тех событиях и их последствиях.