Звездный Патруль. Книга VI. Артефакты

– Я, последняя из Нуба… Мою маму с позором выгнали из племени, когда старейшина узнал, что она вступила в эмбриональную программу Патруля… Она в изгнании скиталась в поисках своего уголка пока где-то в овраге среди горы мусора не родила меня… Старейшина племени послал людей, сильных воинов, чтоб изловить ее и меня и убить, потому что само существование нас с мамой было пятном позора для общины.

Внезапно ее лицо изменилось. Улыбка сошла с него. Глаза заблестели и с них крупными прозрачными каплями потекли слезы.

– Мама защищала меня до конца. Три воина били ее мачете по голове, спине, рукам, но она до последнего, истекая кровью, закрывала меня от них… Я запомнила ее лицо, ее глаза… В какой-то момент они просто устали рубить и ушли, а мама была все еще жива. Она лежала, накрыв меня своим изрубленным телом, как одеялом, и напевала мне песню о нашем племени… Я помню ее губы. Они были ярко-красные от крови…

Брод привлек ее к себе и очень крепко обнял. Ее дыхание участилось и губы слегка приоткрылись.

Брод, видя, что она и сама не знает, что дальше делать, но смущается все сильнее, нежно провел своей ладонью по ее мелким и частым кучерявым локонам. Потом сделал это еще раз, но другой рукой.

– Ньюта, ты самая чудесная. Я тебя люблю очень сильно… Как маму, как родную сестру – прошептал он ей нежно в ушко.

Она замерла, будто услышав нечто совсем неожиданное, сама немного отстранилась и уставилась на него широко открытыми удивленными глазами. Ее лицо медленно расплывалось в широкой белозубой улыбке.

Брод снова прижал к себе и крепко поцеловал в щеки и шею. Ньюта глубоко вздохнула.

– Как мать и сестру? – переспросила она.

Брод, улыбаясь ей в ответ, кивнул головой. Ньюта снова заплакала, но это уже были слезы радости.

– Мама… Я так тоскую без нее, Брод… Мне бывает ужасно страшно тут. За что они меня невзлюбили, за что хотели сжечь?

– Это злые люди, они никого не любят. Теперь ты моя сестра. Я тебя буду защищать… Идем одеваться.

Ньюта снова посмотрела на него добрыми, полными внезапной радости глазами, улыбнулась широкой белозубой улыбкой и шагнула к выходу.

– Хочешь, я расскажу тебе о своем доме, о народе? – спросила она, ступая впереди него.

– Конечно!

Просыпаться не хотелось от слова совсем, но кто-то или что-то настойчиво будил его.

– Подъем! Подлетаем уже! – раздался чей-то знакомый голос.

Брод открыл глаза и осмотрелся. Он находился в мед-капсуле, прозрачный купол которой как раз открылся.