За стеной сна

Под ними я увидел большое – размером с детскую ладонь – пятно на коже головы. Розовато-коричневое родимое пятно было и вправду похоже на след от ожога. Но я старался не поддаваться панике, меня не так-то легко было сбить с толку.

– Ну и что? – не унимался я. – Ты обнаружил это пятно лишь в свои двадцать три года, стал постоянно думать о нём. И как результат твоих навязчивых мыслей – твои кошмарные сны. Забудь о нём и благодари Бога, что оно у тебя не на лице, – резонно заметил я.

Юлиан недовольно посмотрел на меня и спросил:

– Почему оно должно быть у меня на лице? Он же меня не по лицу ударил!

Тут я совсем растерялся:

– Кто? Тыо ком вообще говоришь?

– Майкл, дело в том, что я обнаружил это пятно после своих кошмаров, а не до них.

Я раньше никогда не знал о нём и не подозревал. Но эти сны… Я не мог избавиться от навязчивой идеи проверить то место, куда пришёлся удар. И вот тогда я увидел это пятно. Не правда ли, оно похоже на след от ожога?

Тогда мне всё это показалось каким-то бредом.

Я обнял своего друга за плечи, слегка встряхнул и попросил:

– Юлиан, не пугай меня. Ты сам не веришь в то, что говоришь. У тебя чего-то нервишки расшатались, а? Почему бы тебе не отдохнуть где-нибудь в приятном местечке? Слетай во Флориду или на Багамы, на юг Франции, наконец! Там сейчас благодать!

Юлиан ничего не ответил, но его взгляд и печальный вид мне совсем не понравились. Не без труда мне удалось уговорить своего друга сходить немного развеяться. Мы отлично провели вечер в кругу друзей.

Юлиан выглядел гораздо лучше, он шутил, как прежде, улыбался, ловил на себе восхищённые взгляды девушек, и всё как бы встало на свои места к моей необъяснимой радости.

Мы разошлись по домам далеко за полночь. И все эти разговоры, его страхи совершенно выветрились у меня из головы. Я попросту забыл обо всём этом. Репетиции, концерты, встречи. Я больше ни разу и не вспомнил о нашем разговоре до сегодняшнего момента, попросту не придав этому серьёзного значения.

Птица всё так же надрывно вскрикивала в ночи, и от этого крика становилось не по себе.

Вдруг резкий телефонный звонок буквально вытолкнул меня из постели, как пробку из бутылки шампанского. Звонок был частым и прерывистым.

«Юлиан!» – промелькнуло у меня в голове.

Да, это был он. Он умолял меня ни о чём не расспрашивать. Просил что-нибудь придумать и как-то объясниться с его мамой. И ещё просил не волноваться, он, мол, в порядке, скоро вернётся и поведает много интересного.