За стеной сна

Она делала научные изыскания, пытаясь понять, для чего нужна такая кладовая памяти, если она практически бездействует. Можно ли задействовать её и нужно ли? Не случайно ли природа устроила так, чтобы этот участок мозга был недоступен простому смертному?

Так в общих чертах, не вдаваясь в подробности и особо не оперируя научными терминами, Никола объяснила мне, почему она заинтересовалась необычным случаем Юлиана. И только теперь до меня дошёл смысл её первого вопроса.

Я был удивлён, растерян и не мог связать двух слов.

Честно говоря, я был просто не готов к разговору подобного рода. Ведь я вспомнил о снах Юлиана совершенно случайно, я никогда не придавал им серьёзного значения. И только лишь сейчас до меня дошло, насколько глубоко всё это задело моего друга. Пришлось смириться и проникнуться всей сутью этой проблемы.

В этот вечер я узнал много интересного. Оказывается, Юлиан, не найдя должной поддержки с моей стороны, уехал к Роберте. Он рассказал своей близкой подруге обо всём, что так тревожило его последнее время, и она, в отличие от меня, крайне заинтересовалась происходящим.

Они решили отправиться в Испанию и попытаться отыскать то место, которое преследовало Юлиана в его снах.

Молодые люди провели в Испании пять дней, посещая различные места, где в XIV–XVI веках проводились публичные инквизиторские пытки и сожжения на кострах. Они упорно обходили библиотеки и музеи, пока однажды не натолкнулись на старинную гравюру с изображением инквизиторской казни сожжением. Юлиана как током поразило сходство найденной картины с той, что он видел во сне.

– Представляешь, Майкл, та же площадь, та же церковь с одной готической башней, пылающий костёр перед церковью. Но что самое ужасное – это он, человек в сутане. То же страшное лицо, руки подняты вверх с зажатым в одной из них огромным крестом! – Юлиан перевёл дыхание, было видно, как он волновался. – Это он, я узнал его. Это тот самый варвар, который стукнул меня горящей головешкой…

– Почему ты в этом так уверен, Юлиан, что это именно он? – спросил я недоверчиво, на что мой друг ответил:

– Я узнал его по одежде, по причёске, по искажённому злостью лицу! Такое не забывается, Майкл.

Это был он, вне всякого сомнения!

Всё это до сих пор не укладывалось у меня в голове, в первую очередь потому, что было так не похоже на Юлиана. Он всегда казался мне здравомыслящим человеком, он никогда не был суеверным, не верил в привидения, духов и тому подобное. И вдруг такая метаморфоза.