Дом из парафина

– Дура! Нашла за что держаться! Убери руки! – водитель сопротивлялся, выравнивая руль, пока женщина по инерции снова тянула его на себя, качаясь из стороны в сторону.

– Что мне сделать, если я падаю?! Води нормально! До чего докатились… Кому не лень права покупают!

Сандрик едва ли слышал их. Только рассматривал удивительные картинки на приборной панели. А потом водитель безотчетно дотронулся до маленькой наклейки-иконы Богоматери.

На одном дыхании поднялся Сандрик по лестнице: лифт застыл, как свинец, кнопка не реагирует.

Значит, без перемен. Нетерпеливо повертев ключами в замочной скважине, он вошел. Дома было привычно тихо, пахло копотью от печки и некачественным парафином. Такой себе заповедный край: всем причастным мир да уют. Припаяли к его земле, пригвоздили к его стенам. Впечатали. Стерпится, сказали, слюбится. Стерпелось, свыклось. Только ссадины и остались. Сандрик сразу подумал: всё позади, я внутри.

– Ма-ам? Я лампу купил! Хорошую. Проверил. Поем и выйду воды набирать.

Керосин куплю.

В прихожую вышла Жанна.

– Уснула?… – Сандрик сжал виновато губы. Не стоило на радостях так кричать.

– Сандрик, родной. Сейчас кое-кто приедет, – Жанна припала обессиленная к стене.

– Врача вызвали? Маме хуже? – Ноги распухли, и ботинки будто приварило к ним. Сандрик с силой выдернул их и шлепнулся на пол. Усталость только теперь навалила со всей сдерживаемой до этого силой. – Сейчас. Иду. Скажи, зайду сейчас. Отдышусь.

– Да, «скорая помощь» едет уже.

– Встаю…

– Сандрик, нет Инги больше. Все закончилось, – Жанна нервно вдохнула воздух и выдохнула его с беззвучным судорожным плачем.

– Что ты вообще несешь?! «Скорая» зачем тогда? – Сандрик начал машинально распаковывать керосиновую лампу, но взгляд его медленно стекленел.

– Так ведь. смерть зафиксировать.

То ли дошел, то ли дополз Сандрик до спальни. За окном-сырой ужас, в комнате – тучный мрак. В углу в печке тлели поленья.

– Я помогу тебе во всем, слышишь? – Жанна отчаянно схватила его за руку.

Всегда живая, бойкая, сейчас она показалась Сандрику совершенно потерянной.

– Я обмою ее, – исступленно произнес Сандрик.

– Тебе не обязательно это делать. У Инги есть я!

– Я обмою ее сам. Смотри, как она, бедняга, взмокла, – Сандрик дрожащими пальцами коснулся лба матери. На ощупь кожа была мягкая и еще не остыла.

– Воду перекрыли час назад.

– Спущусь, наберу неподалеку. Вскипячу. Достань кастрюли.