Обреченные на любовь

Валентина Сергеевна настаивала на том, что Борису необходимо поехать и попробовать себя на новом месте. Борис со своей стороны утверждал, что он не может вот так взять и уехать, оставив ее в одиночестве.

– Ну хорошо, сынок, давай отложим этот разговор до завтра. Или до вечера. Ты ведь сегодня должен встретиться с Егором? – Борис утвердительно кивнул. – Вот и хорошо. Еще раз переговори с ним, а вечером мы вернемся к нашему разговору.

В пять часов вечера молодые люди встретились в том же баре, в котором они вчера очень неплохо провели время.

Не станем утруждать читателя подробным описанием этой встречи. Отметим только, что она продолжалась совсем недолго, около получаса, в течение которого один убеждал другого принять его предложение, а второй приводил доводы против такого решения. В общем, встреча закончилась безрезультатно, но Егор все же взял с Бориса обещание не принимать окончательного решения сейчас, а только после того, как он еще раз поговорит с мамой.

В тот день Борису так и не удалось поговорить на эту тему с мамой.

Дядя Саша с тетей Раей пришли к ним в гости и засиделись допоздна. Поэтому, разговор состоялся только на следующее утро.

За чашкой ароматного, свежезаваренного индийского чая со знаменитым слоном, состоялась весьма содержательная беседа. Валентина Сергеевна по-прежнему настаивала на том, что Борису надо поехать и попробовать себя на новом месте.

– Если мне будет тяжело, ты всегда можешь вернуться, – убеждала она сына, – обещаю, что если мне станет невмоготу одной, я тут же тебе об этом сообщу.

Поезжай, сынок, может, там ты найдешь свое счастье.

Борис смотрел на маму и никак не мог принять какое-либо решение. С одной стороны, слушая маму, ему казалось, что она права, с другой, прислушиваясь к своей совести и внутренним ощущениям, он был убежден в собственной правоте. Сердцем наш герой хотел остаться с мамой, умом же он понимал, что ему здесь ничего не светит. В их небольшом городке невозможно найти высокооплачиваемую работу, а следовательно, нет возможности нормально жить.

Тогда он принял решение.

– Хорошо, мамуль, я поеду, – он взял ее сморщенную руку в свою, и ласково погладил. – Но смотри, если что – сразу пиши мне или звони. Договорились?

– Ну конечно, сынок, – пожилая женщина притянула его к себе и поцеловала в голову. Некоторое время она не отпускала Бориса, пытаясь скрыть слезы, предательски навернувшиеся на глаза. Наконец, она справилась с волнением, и незаметно смахнув слезу, отпустила его.