Путешествие

На чем же остановиться несчастному глазу? На превосходных товарах в витрине, на отражении, на редких прохожих? Я скольжу взглядом как по раскрытой кем-то наобум книге… Выхватываю отдельные слова, выражения, остальное пытаюсь связать, заполнить своим воображением. Можно ли составить впечатление о целом? Невозможно определить мои ощущения, я в нерешительности, судорожно работают все мои силы памяти, знания, соображений, вытаскивается давно забытое, неизвестное, предполагаемое… Я знаю лишь общее, банальное… Я так далек от истины.

Прохладность тени. Серая каменность стен… Вдали сияет сахарный параллелепипед здания Страховой компании своей первозданной бесхитростной архитектурной девственностью. Останавливаюсь на углу улочки. Передо мною стена церкви с граффито; средневековый рыцарь стоит, опершись на алебарду.

Хороший кадр! От рыцаря веет холодом, официальностью. Какая разница по сравнению с нашими витязями! В русском даже самом воинственном столько мягкости и доброты! Взять хоть Георгия Победоносца! Я приноравливаюсь, как бы поинтересней снять… Из-за угла появляется опухший немец, он уже пьян (это в такую рань!).

Ему наплевать на ответственность, какая лежит сейчас на нем: он может испортить мои впечатления о целой стране! Он что-то мямлит. Не пойму, чем он недоволен, что хочет. Показывает пальцем на церковь. Не понимаю, надо от него подальше!

Идут две красотки. Видно, с «работы». Что-то бурно обсуждают. Смеются. Увидев меня, фотографирующего церковь, что-то кричат, хохочут.

Из их шума разбираю только слово «кирхе».

Может они считают меня набожным и мое занятие им кажется бессмысленным?

– Warum nur Kirchen, auch M?dchen[40 - Почему только церквами, девушками тоже.], – говорю я, делая вид, что что-то понял и притворяюсь этаким разбитным малым, и чтобы доказать это направляю мою камеру на них. Это должно получиться живо. Они огрызаются, визжат… Жаль, много места займут их затылки, спины… Они удаляются. Наконец, оборачиваются. Хорошо! слышен их смех и затихающий цокот шпилек.

Догоняю Таню, Шуру, Марину…

Продолжается наше знакомство с Веной

Наш автобус останавливается у государственной Оперы.

Странное впечатление производят, верно, туристы на горожан. Вот подъехала коробка- автобус. Из нее вываливаются туристы, нечто в роде незнакомых существ, насекомых, все для них в диковинку… Сами же они тоже диковинка для остальных. Вот шевелят усиками, двигаются…

…мы вываливаемся на тротуар. Кто-то уже щелкает аппаратом.