Возьми меня замуж! Проза XXI века

Лесун готов был разорвать струны своей бас-гитары, сердито топая ногой по полу в такт и тряся головой, отбрасывая со лба непослушные длинные волосы.

Лесун запел неожиданно сильным, низким баритоном с легкой хрипотцой. Его голос поразил Шумилова, он такого не ожидал.

– Новые искры зажгутся в глазах,

Тени кругом уползут!

Ты хочешь богиней быть на небесах,

Но небеса упадут.

Рухнувшим вниз, не подняться опять,

Удел их ползти по земле.

Снова ты будешь о небе мечтать,

Но небо исчезнет во мгле.

К краю сцены подошла Светлана. Для нее зал не существовал, она пела только для одного человека:

– Падшие ангелы в пропасть летят,

В бездну, как камни с горы.

Крылья у ангелов, как пух, горят,

Принося себя бесам в дары.

Падшие ангелы в пропасть летят,

Никому их теперь не поймать!

Крылья у ангелов, как пух, горят,

И не смогут они вновь летать!

Второй куплет с припевом они пели вдвоем: Светлана и Лесун, при этом Федор в нужный момент что-то мычал в микрофон.

– Адское пламя охватит тебя,

И ты демоном стала теперь.

Ты теперь лишь преисподней раба

Твою душу забрал черный зверь.

Черные тени упавших с небес,

Превратятся в могильную пыль.

Сердце твое пожирает злой бес,

Не понять – это сон или быль!

Падшие ангелы в пропасть летят,

В бездну, как камни с горы.

Крылья у ангелов, как пух, горят,

Принося себя бесам в дары.

Падшие ангелы в пропасть летят,

Никому их теперь не поймать!

Крылья у ангелов, как пух, горят,

И не смогут они вновь летать!

Зал аплодировал. Песня понравилась, исполнители тоже. Хлопал, улыбался и кивал головой и Шумилов. Светлана отправила залу воздушный поцелуй, но сделала это так, что он долетел только до него одного. Лесун перехватил ее порыв и глаза его заблестели недобрым блеском.

– Спасибо, Балашиха! Мы вас любим!

В это время свет в зале совсем погас, осталось лишь два небольших софита темно-красного цвета освещавших сцену. И из темноты выступила девичья фигура, тоже вся в черном, словно ангел ада.

Светлана запела:

– Вечная жизнь погрузилась во тьму,

Крики и стоны больных.

Так города повстречали чуму,

Не ждали прихода чужих.