Асилум. Свет внутри

Евгений внимательно слушал Максима Анатольевича, как будто попал в сон, развязку которого хочется узнать сразу, но вязкость в повествовании не дает не то что увидеть финал, а наоборот, уводит тебя в сторону.

– Лизка, а ну брысь отсюда, топай в кухню, там есть чем поживиться. – Стопин отвлекся, когда к нему подбежала довольно симпатичная дворовая кошка и начала мурлыкать, потираясь о ногу. Не удостоившись нужного внимания и ласки, Лизка бежала к креслу, в котором недавно сидел Александр, и, запрыгнув, свернулась там калачиком, чтобы понежиться в теплых лучах солнца, которое пригревало через оконные стекла.

– Вот что тебе известно о сотворении вот этого всего? – обращаясь к Евгению, Максим окинул взглядом пространство, но было понятно, что он имеет ввиду куда более глобальные вещи, чем площадь, ограниченную комнатой настоятеля.

– Хм… ну, как нас учили с детства, все на земле сотворил Бог или что-то такое Всевышнее. Создатель. – Евгений сделал паузу. – Если ты принадлежишь к какой-нибудь религиозной конфессии, а если нет, то, скорее всего, из-за Большого взрыва…

– В целом ты прав.

И все версии отчасти верны, – не дал договорить Черняеву Максим. – В действительности благодаря четырем стихиям, которые тебе прекрасно известны.

– М-м-м… огонь, вода, земля… – попытался вспомнить Евгений.

– И воздух, – закончил Стопин. – Существует легенда, которой мы придерживаемся. Миллиарды лет назад, до существования всего, о чем тебе может быть известно, в определенное время, в определенной обстановке, в какой именно, мы не знаем, появилось нечто: энергия, эфир, в котором родились эти стихии.

В каком они были виде на тот момент, сложно судить, так как на эту тему существует не много доказательств, и сколько бы мы ни искали, а учитывая наши возможности поиска, мы бы, уж будь уверен, могли найти много всего, но, увы, это крупицы информации.

Евгений продолжал внимательно слушать. Сидя на неудобном деревянном стуле, он начал чувствовать, как заныла спина. Бессонная ночная поездка не способствовала сбережению жизненных сил и тонуса, но он и не решался поерзать на стуле и размяться, чтобы не спугнуть повествование Максима, ради которого, быть может, он и поверил незнакомцу в своем доме.

Максим продолжал.

– Мы знаем точно одно – что все эти стихии, взаимодействуя, привели к созданию всего, что для нас с тобой привычно и непривычно. И все миры, и все, что эти миры населяет, и все вероятности событий, и все аналогии – абсолютно все есть их заслуга.