Звездный Патруль. Книга XII. Мягкий приговор

Честно… Если бы у меня была финансовая возможность, я б не жался и не скупился! – тут же громко выдал Брод в свою защиту.

– Ты ж би-Нова!? Не!? … Ай-да в центр связи! Позвоним папику за его счет! – тут же подхватил идею рыжий Блюм.

Брод, услышав такое, сильно заволновался и немного даже растерялся. Однако заметив, что идея понравилась большинству, он тут же встрял:

– Не будем никуда звонить! Что мы попрошайки какие!

На последней фразе Брод вдруг осознал, что слегка переборщил, но откатить назад уже не мог.

– Действительно! … А он прав! – послышались возгласы со всех сторон.

И только Антана даже слова не проронила, но лишь с ухмылкой смотрела на Брода. То, что она имела на него зуб, он знал. Ей уже 2-ой год приходилось мириться с номером «2» по бальному рейтингу в академке. На пике ей недоставало всего 3 бала, чтоб хотя бы сравняться с Бродом. При том, что она старалась из-за всех сил и была реально хороша по многим предметам. Но тягаться с весьма умным и талантливым курсантом-симбионтом да еще и с высоким коэффициентом Паускарэ было той еще задачей.

На счастье Брода тут в компашке никто даже не поинтересовался, как он смог так легко занырнуть столь глубоко, иначе пришлось бы еще сложнее. Он знал отношение «элиты» к курсантам-симбионтам, поэтому скрытничал.

– И что ты предлагаешь? – обратились все разом к Броду.

Идея ему пришла внезапно, когда в кафе завалился новый посетитель, который внешне совсем не походил на человека, долго прожившего под «солнцами» райской Эдэмии.

Разводка

Внешне вполне симпатичного, но уже немолодого мужчину, посетившего бар в «Тихом Эдеме», звали Увес. Сам он был родом из Гватории, где весьма преуспел на организации рейсов для колонистов в разные концы малоосвоенной Галактики. Компашка курсантов из академии смогла перетащить достаточно стеснительного неказистого чуть даже лысоватого 49-летнего Увеса к себе за стол. Влитый эль вперемешку с метой здорово развязали ему язык. Видимо гравировки элитной академии Патруля сыграли на руку затеявшим нечто курсантам.

Слово за слово из «распаренного» Увеса полились дифирамбы признательности Патрулю за ту важную работу, которую тот делает, наводя порядок в космосе. Брод внимательно наблюдал за гостем и лично ни о чем не спрашивал. Все, что ему нужно было для воплощения задуманного, он уже узнал благодаря Асти и Блюму, которые особенно старались, заговаривая гостя. Увес был одинок, не имел ни жены, ни детей.