Тело смерти

Сумка

Сумка луи виттон

Содержала косметику и кошелек,

В ней также лежали боян с дерьмом,

Два пакетика с солью для ванн, гондон

И с кодеином сироп.

Сумка была изготовлена

Дизайнером Вирджилом Абло,

Стоила пять тысяч долларов,

Хотя и дизайн ее был говно.

В ней также лежала палочка,

Которую кинул бойфренд

Носителю сумки в варежку,

Его господин и клиент.

Ему предлагали не раз принять

На себя золотые дожди,

Ему приходилось не раз отсосать,

Отдавая себя другим.

Этот парень хотел стать певцом,

Чтобы спеть малолеткам о правде,

Чтобы маме свей доказать, дескать, он

Может вечность познать на радио.

Но за сумку его молча грохнули,

Пожелал кто-то сумку отнять,

И, как сука, убит он пулей в мозг был,

Ренессанс с понтом кончился, ****ь…

Он лежит в саркофаге из мрамора,

Малолетки несут цветы,

Не ожить ему, fuck him, no charity…

Fuck all that, из-за сумки покинул он бренный наш мир…

Ведьмина рука

Я провела тебя туда

Где нет берега

Где я, там и ведьмина рука

Истерика

Не дай мне себя опустошить

Стою на льду

В райском саду мы будем жить

Или в аду

И помнит тихий ангел

Когда печаль меня взяла

Змея падшей тенью поманила меня в салки

И я пошла

Уже не горько, просыпаясь в этой башне

Искать свой ключик

Ведь так и не явились ни мой стражник

Ни паж ни лучник

Чип

В той едкой дымке утром красками по покрывалам

Летает спектрами, рисует сочным ярко-алым,

Прикосновений след не вымысел, но я соврала,

В местах твоих все очень искренне, я пробивала.

Не отказав твоим неровным смыслам, я избрала,

А ты едва неробко выстрелив, поймал астралы,

Порвал все чистое и громкое, вонзал кинжалы,

Как первородное дорог твоих, призвав к началу…

Тюрьма, сноровка и короткая мольба звучала,

Ты явно плотское игрой взманил, гроза кончалась,

Один глоток сдавил висок двоим нам, кровь вскипала,

И нечто в кровь мы влив, таинственно сдержали чары.

В руках держать тебя, как чистое тепло в печали,

За веру выстоять, и в знаке болью одичали,

Не первой искрой и не дальними кострами чаек

Над пеной мысленно я в клетку вряд ли заключаю.

Я начинаю то, что льется по тебе ручьями,

И прозревают твои части в моем теплом чае,

Твои глаза закроются, и с совестью прощаясь,

Все видно изнутри тебя, молись же о пощаде.