Аннет

 – Если бы ты меня не бросила, я бы столько не проиграл.

– Что? Ты винишь во всем меня? Но это не я решила взять все деньги, – его обвинения возмутили Аннет. От злости она сжала кулаки. – Да еще и проиграть их. Все, все, что у нас было.

– Да, не ты, но ты ушла и нашла себе ухажера, – с вызовом парировал он и прищурился, ожидая ответа.

– Не говори глупостей, – Аннет смутилась и глубоко вздохнула. – Ладно, пошли в гостиницу. Завтра утром у нас обратный рейс.

– Пошли, – с легкостью согласился он. – У тебя есть деньги?

– Да, но на игру я тебе не дам.

– Нет, что ты, я просто спросил, нам же надо будет добраться как-то до аэропорта. А то у меня вообще ничего не осталось…

Проходя мимо игральных столов, довольных и радостных игроков, Аннет опустила голову. Силы покинули ее, навалилась огромная усталость. Она не видела ничего вокруг, молча брела к выходу, глотая слезы. Боль от осознания проблемы, которая обрушилась столь внезапно, пульсировала в висках.

До отеля они шли молча. Жан то и дело пытался взять ее за руку, но Аннет вырывалась и отходила от него.

Она понимала, что ей придется отказаться от своих планов, чтобы решить данную ситуацию, вновь отложить курсы.

Защемило сердце. Аннет вошла в номер, закрылась в ванной и, наконец, дала волю слезам.

-11-

– Как прошла поездка? – спросила мадам Бойер, вытирая пыль со стеллажей в зале.

– Нормально, – пробормотала Аннет, усердно делая вид, что занята счетами.

Она еще не пришла в себя после приключений в Ницце.

Ночь провела в слезах. Жан, едва переступив порог дома, нагрубил, а потом и вовсе уехал к друзьям. Его достали обвинения и слезы…  Всю обратную дорогу они ругались.

– Не похоже, чтобы ты отдохнула и хорошо повеселилась на своем дне рождении, – женщина подошла ближе, внимательно вглядываясь, и сняла перчатки.

– Да, было невесело, – согласилась Аннет, стараясь контролировать эмоции.

– Что случилось, дорогая? – мадам Бойер подошла еще ближе и взяла ее за руку.

– Он проиграл все деньги в казино, потом обвинил меня в этом, – Аннет не выдержала и расплакалась.

– Ох, – уборщица бросила перчатки на пол и обняла ее, прижимая к себе. – Как же так, милая?

– Я сама не понимаю, как он мог. Я до сих пор в шоке. Как? Почему?

– Родная моя, хорошая моя, сколько же он проиграл? – сочувственно спросила женщина, промокая платком льющиеся по лицу Аннет слезы.

– Две тысячи.