Аннет

Отправив сообщение, она расслабилась и стала планировать меню, чтобы порадовать любимого.

-18-

Накрывая на стол, Аннет напевала любимую песенку. Настроение за день улучшилось. Не без помощи месье Мореля. Сегодня он удивил ее, купив кофе. От неожиданности она растерялась и забыла поблагодарить, правда позже исправила свою оплошность. Он был тронут ее непосредственностью и запоздалой реакцией. Они даже поболтали пару минут, пока пили кофе.

Аннет достала из духовки аппетитные куриные крылышки и полила их остатками соуса.

Около девяти часов, когда стол был уже накрыт, а крылышки томились в закрытом духовом шкафу, Аннет переоделась и подкрасила глаза. Губы трогать не стала, ведь от поцелуев помада только сотрется. Жан не любил, когда она его пачкала своей косметикой.

Девять часов. Его нет… Может, занятие затянулось.

Девять тридцать… Аннет проверила свой телефон. Пропущенных звонков нет, сообщений тоже.

Десять… Пришлось включить духовку, чтобы крылышки не остыли окончательно.

В половине двенадцатого Аннет поняла, Жан мириться не хочет. Нет смысла ждать.

-19-

Пару дней спустя  Пьер, друг Жана, приехал за вещами. Он и рассказал, что тот временно обосновался у него и возвращаться пока не планирует.

Аннет наблюдала, как Пьер торопливо складывает чистые футболки в сумку.

– Как у него дела? – спросила она, стараясь казаться невозмутимой и в меру равнодушной.

– Нормально, – ответил Пьер, раздраженно добавив. – Послушай, я не собираюсь лезть в ваши отношения.

– Я и не прошу тебя…

– Да понял, но поверь, что ты обидела его, – у Пьера был настолько воинственный вид, что Аннет невольно улыбнулась. Видимо их ссора обсуждалась часто.

– Это он так сказал? – уточнила она, на всякий случай.

– Конечно, кто же еще. Он постоянно об этом говорит, – Пьер махнул рукой, взял сумку и пошёл к двери.

Аннет последовала за ним.

–Ты бы пришла и попросила прощения.

– Понятно. Знаешь. Я не в курсе, что именно он тебе наговорил. Но передай ему, что теперь я обиделась. И если он захочет со мной помириться, то ему придется очень постараться, – с этими словами она захлопнула дверь перед Пьером.

Вот нахал! Всю вину переложил на нее, а сам прикинулся бедненьким мальчиком. Отлично. Похоже, все вокруг были правы в отношении Жана. Одна она верила, что он сможет измениться.