И верь в сей ладан

Однажды, пересматривая старенький семейный альбом, Данила загляделся на мамину фотографию тридцатилетней давности – он уже и забыл, как тогда выглядела мама. На него смотрела молодая красивая женщина с добрым и уверенным взглядом: на лице ни морщинки, на голове ни одного седого волоса. За, казалось бы, неспешным ходом времени трудно увидеть текущие изменения, пока не остановишься, чтобы оглянуться. Тогда отец еще был жив, а старшая сестра не вышла замуж. С тех пор мама сильно постарела, стала бабушкой, и теперь любой день может оказаться роковым.

«Неизбежно придет тот час, когда мамин голос перестанет звучать», – подумал Данила и печально вздохнул.

Отец ушел из жизни рано, всего-то в тридцать восемь. В памяти сохранилось только два ярких связанных с ним воспоминания, если не считать тягостных похорон. Первое – родом из детского сада, куда папа пришел вечером забрать сына домой, а Данила и еще двое мальчишек, дурачась, переоделись в девочек. Увидев своего ребенка в таком виде, отец посуровел.

Не было слышно, что он высказывал воспитательнице, но та как-то неуверенно оправдывалась. Помогая же сыну переодеваться, папа его отчитывал:

– Что это тебе взбрело в голову? Ты мальчик, будущий мужчина, защитник родины и опора для всей семьи. У меня уже есть дочь, а ты – мой сын. Чтобы больше такого не было, понятно? Посмотри на меня и скажи, что тебе понятно.

Взгляд отца был требовательный, но любящий.

– Я понял, па, больше не буду.

Много позже Данила проникся тревогой отца, ведь в то время он мог и не знать, что помимо геев существуют еще трансгендеры, и если бы отец не заявил тогда свой решительный протест, неизвестно, что отложилось бы в подсознании мальчика и как бы это потом вылезло наружу.

Данила давно понял, что «голубых» в мире немало, но только на четвертом десятке осознал, как их на самом деле много. А они считают, что это нормально. «Если тебе очень нравится какой-то мужчина, – рассуждал как-то Данила, глядя в потолок, – можно просто дружить. И не надо более глубоких отношений, тем более с практической точки зрения это непродуктивно и бессмысленно, хотя возможно, кому-то в кайф. Тьфу».

Второе хорошо запомнившееся событие произошло незадолго до смерти отца. Папа вернулся после двухмесячной командировки, уставший, небритый, с отпущенными усами и взлохмаченной головой. Он зашел в квартиру с сумкой на плече и, увидев всю семью, собравшуюся перед дверью при звуке открывающегося замка, широко разулыбался.