Скользкий переулок

Скользкий переулок

Андрей Караичев

Алкоголизм – сколько трагедии скрыто за ним; разрушенных жизней, семей.

Родителей, известно – не выбирают; многим в прошлом пришлось пройти через последствия зависимости близких, познать стыд, бедность… побои.

В этой краткой социальной драме достаточно ёмко и точно описываются будни девочки, страдающей от беспробудного пьянства отца. Рассказ основан на реальных событиях, очень реальных… здесь нет прикрас, напротив – слишком «сглажены углы».

Произведение является лишь малой каплей в сторону удара по алкоголизму, и посвящается всем, кому довелось пережить подобное, но их не сломало сложное детство, кого этиловый спирт не смог «поставить на колени».

Ещё – это крохотная попытка обратить внимание на проблему тех, кто считает пьянство своим личным делом; забывая, что вокруг одного зависимого могут страдать десятки окружающих, в первую очередь – самых близких.

Андрей Караичев

Скользкий переулок

Тесный милицейский кабинет, заваленный бумагами и пропитанный дешёвым, табачным дымом, казался девочке чужим, пугающим: он нагонял тоску, хотелось скорее его покинуть, забыть.

Не получится! подобные помещения в связке с нехорошими событиями впитываются в мозг на всю жизнь и снятся в кошмарах десятилетия спустя.

Шестилетней Вике было холодно, страшно, хотелось домой, к маме… именно из-за последней она очутилась в опорном пункте. Вспыхнула очередная пьяная ссора родителей, кроха не знала всех подробностей или не хотела вспоминать: она пряталась под печкой, в выемке для дров, когда драка ревнивого до маразма бати с матерью шла полным ходом.

Виктория заснула там, а уже утром её вытащила пришедшая в гости бабушка.

Предков дома не оказалось, дурное чувство тревоги, несмотря на малый возраст поглощало девочку.

Отец пришёл под вечер, пьяный жутко, в объятиях извечных собутыльников. На вопросы старухи, – «Где жена?» – отмахивался, кричал, что та сбежала в город с богатым хахалем.

Мама Вики, Наталья, не вернулась ни к утру, ни через неделю.

Вскоре приехала милиция, на ржавом списанном из райцентра «Уазике», по делу о пропаже человека. Соседи показали: слышали и видели страшную ссору, драку… кровь. Отца заподозрили в убийстве собственной жены, Петра арестовали.

Доказательств его вины, равно как и факта преступления не нашли, обильные снегопады давно замели следы, – «Нет тела – нет дела», – но милиционеры не успокоились. В присутствии бабушки Викторию допрашивали в опорном пункте.