Желтый глаз Тихеи

Отбросил опустевший магазин, защёлкнул второй и снова принялся бить короткими злыми очередями. Из клубящегося марева вынырнуло чьё-то перекошенное от ненависти лицо, взлетел вверх воронёный ствол калашникова, но выстрела не последовало. В переносицу бандита вонзился стальной арбалетный болт. Человек замер и исчез в дымном смоге.

– Получайте, суки! – исступленно кричал Селезень, перепахивая очередями котловину слева-направо, крест-накрест. – Жрите, гады!

Остался последний магазин, когда он услышал вопль Лолы:

– Сзади!

Тим обернулся, чтобы увидеть летящий в лицо приклад автомата.

Он не почувствовал удара, только в глаза брызнула тьма, и наступила тишина.

* * *

Он очнулся от звуков голосов над головой.

– Почему ты медлил, Оса?! Ждал, пока ублюдок прикончит нас всех?! Думал загрести всё добро себе?!

– Да ты чего, Сава?! Ты же сам велел нам с ребятами укрыться в пятидесяти метрах в той расщелине и не высовываться! Я же не знал, что этот псих начнет шмалять! И про гранаты не знал!

Лицо горело.

Правая щека пульсировала болью. Селезень сел и потрогал её. Похоже, что кость не сломана, но опухоль здоровенная.

– Гляньте, – насмешливо воскликнул Химера, – наш вояка очухался. Встань, падла, и расскажи, приятно ли убивать своих земляков?!

Тим огляделся. Пятеро бандитов во главе с Химерой стоят рядом с ним. Шестой чуть в отдалении держит за шиворот Лолу.

Лола! При взгляде на её окровавленное лицо у Селезня заныло в груди. Бедная девочка.

Попался сам и втянул её в это дерьмо.

Он медленно поднялся. Голова кружилась, а во рту ощущался медный привкус.

– А ведь я хотел отпустить тебя, Тим, – с преувеличенным сочувствием сказал Химера, – мне было жаль тебя. Всё-таки столько лет были компаньонами. Но ты сам подписал себе смертный приговор, когда поднял руку на меня и моих ребят. Знаешь, что с тобой сделал бы Одноухий Ферри? Содрал бы шкуру заживо, отрезал яйца и посадил на кол. Но я не таков. Я не пожалею для тебя патрона.

 – В руках Сава вертел пистолет Макарова.

– Я согласен, – медленно проговорил Селезень, – сдирай шкуру, сажай на кол. Прошу только об одном – отпусти девочку.

Обезображенное лицо Химеры удивлённо вытянулось:

– Ты это серьёзно? Я не верю своим ушам! Карго Селезень просит пощадить мутанта! Мир точно сошёл с ума! Да ты ли это?!

– Я, – вздохнул Тим. – И я прошу тебя ради нашей прежней дружбы. Сделай мне последний подарок – отпусти её.