Желтый глаз Тихеи

– Ты мне и так всё расскажешь, когда я вскрою тебе брюхо и начну наматывать кишки на кулак! – Готовый выполнить свою угрозу, торговец шагнул к мутанту и замер, натолкнувшись взглядом на округлую женскую грудь с крупными розовыми сосками. Проклятье! Баба!

Золотые глаза мутанта влажно блеснули.

– Ты этого не сделаешь. Все жители Грязного Города знают, что Тим Селезень не обижает женщин.

Во рту стало сухо, странный ком подступил к горлу. Разозлившись на себя за глупую мягкотелость, Селезень зловеще процедил:

– Ты не житель города, а проклятый мутант.

– Прошу тебя, Тим Селезень, спаси меня. Я всё расскажу без утайки. Неужели ты позволишь этим извергам сжечь женщину?

– Женщину, – угрюмо повторил торговец и вдруг рассмеялся. Спрятал нож и обратился к флагеллантам: – Послушайте, братья, а продайте мне эту смешную бабу? Клянусь, я дам такую цену, что вам и не снилась! Одним мутантом больше – одним меньше! Ещё наловите!

Глаза сектантов не понравились Селезню.

– Ты не понял, карго, – процедил старший, – брат Фалио ждёт жертву.

– Это вы не поняли меня, братья! – возвысил голос Селезень. – Вас просит не рядовой охотник, а глава торговой гильдии! Сомневаюсь, что Священный Архонт захочет враждовать со мной!

– Единый не простит нам такой грех, – упрямо мотнул головой старший. – Молись ему, карго, чтобы он вернул тебе разум, ибо в твоей просьбе гибельная крамола.

– Ладно, – буркнул Селезень, – значит, не договорились. Прощайте, братья! – он повернулся и зашагал прочь. Но отойдя на десять шагов, резко повернулся, в руке матово блеснул пистолет. Три выстрела слились в один. На выбеленных лбах сектантов появились аккуратные пулевые отверстия. Следом раздался громкий вопль девчонки.

– Заткнись, дура! – прикрикнул на неё Селезень.

– Это… это я от восторга, – запинаясь, проговорила та. – Никогда не видела, чтобы так быстро стреляли.

Селезень огляделся. Похоже, никто не видел. Расправу над святыми людьми не простят и главе торговой гильдии. Поспешно разрезав веревки, стягивающие тело женщины, он отвесил ей лёгкую затрещину:

– Бегом к толстоногу! Всё расскажешь по дороге!

– Подожди! – недовольно взвизгнула та. – Не видишь, я голая?! Тут рядом, моя одежда!

Она отбежала на несколько шагов и низко нагнулась над горой мусора.