Раненые в душу

Почему нельзя было просто обменяться телефонами, как нормальные люди? Вечно у меня всё через задницу.

Была шестилетняя мексиканка Тобита. Она буквально спасла меня от самоубийства. Сейчас это казалось невероятным. И я хотела понять, почему она вмешалась. Это ведь что-то значит? Но девочка не появлялась во дворе, я проверяла несколько раз и решила, что больше не стану. Это уже попахивало отчаянием.

Была ещё розоволосая Челси. Я тут же усмехнулась при воспоминании об этой девчонке. Я подумала, что можно попробовать отыскать её.

Почему бы и нет? Она сама сказала, что частенько наблюдает за мной. Как я курю, сидя на лестнице. Так что ничего в этом такого нет. Наверное.

Я вышла вновь на улицу, мальком глянула в щель забора, но, не увидев Тобиты, пошла на лестницу, врезающуюся в холодный ночной песок. Я уселась на скрипящую доску и стала смотреть по сторонам. Левее на пляже горел костёр, а вокруг сидели люди. Раздавался смех, но было не видно, кто там сидит.

Я почувствовала, что Челси там. Мне даже показалось, что в отсветах пламени я вижу розовые волосы.

Я выдыхала дым, глядя на эту компанию, где кто-то явно был в ударе и снова и снова удачно шутил. Звуки взрывного хохота долетали до меня. Я вдруг испытала самую настоящую зависть. Мне хотелось вот так же сидеть у костра и просто болтать ни о чём. Быть частью весёлой компании. Хоть какой-нибудь компании.

В принципе я ничего не теряла. Буквально сутки назад я чуть не покончила с собой. Что может быть хуже? Эта мысль придала мне уверенности.

Я решительно встала, спустилась по лестнице и направилась, утопая ступнями в песке, к костру. Сердце колотилось в груди, как будто я совершаю какой-то экстремальный поступок. Что-то на грани жизни и смерти. Но я всё равно шла, твёрдо веря в то, что после вчерашней ночи сама Вселенная хочет мне что-то сказать.

Мне даже не пришлось ничего говорить, ведь знакомый мне голос уже на подходе крикнул:

– Народ, а вот и моя подруга.

Я обратилась взглядом в сторону голоса и чётко увидела Челси, восседающую между широко раздвинутых ног какого-то парня.

Она радостно помахала мне рукой и указала рядом с собой:

– Миллисент, садись, я застолбила тебе место, – и это несмотря на то, что это место было явно занятно какой-то другой девушкой.

Челси выразительно на неё посмотрела, и той пришлось отодвинуться. Я прошла через круг сидящих подростков и села рядом со своей новой «подругой».

– Всем привет, – сказала я, нерешительно улыбаясь.