Сказки для детей и взрослых. Листая старые страницы

А кот с тех пор не желает с мышами говорить, а чтоб не поддаться на провокацию, он первым делом у пойманных мышей голову отгрызает…

Красник

Родился он, как и множества его братьев-грибов, от матери-грибницы под землей. Радостно он направился вверх, старательно раздвигая головой влажную землю. Сама собой потихоньку наросла на голову небольшая шапочка. Придвигаться стало намного легче.

Неожиданно шляпка наткнулась на что-то, не столь податливое. Не похожее на мягкую землю. Малыш-Красникостановился в нерешительности.

Однако пролившаяся снаружи теплая вода просто вынуждала его тянуться вверх.

Внезапно голову его обдуло нежданной свежестью. Бурая преграда медленно скользнула в сторону.

– Ха-ха! – раздалось рядом, – это называется листом.

Лист?

«Ага, – задумался Красник, – значит, все листья – бурые». Но не успел он поделиться своей мыслью с незнакомцем, как тот снова рассмеялся.

Красник скосил взгляд на собеседника.

Ух, ты! Увиденное восхитило малыша. Рядом с ним во всем великолепии стоял старший брат.

Стройная светло-серая ножка, усыпанная многочисленными черными штришками, венчалась шикарной лихо заломленной широкополой шляпой, совсем непохожей на детскую, прижатую к голове, детскую шляпку Красника. С восторгом малыш всматривался в хорошо различимую трубчатую светлую изнанку красно-коричневой шляпы. Особо привлекательно выглядели прилипшие сдвоенные желто-зеленые иголки.

Узкие зеленые полоски ласково щекотали бока малыша. Теплые капли, подсвеченные чем-то ярким и жарким, звонко шлепались в землю, барабанили по шляпке.

Каждая сверкала множеством разноцветных искорок.

Красник медленно огляделся вокруг. Надо же все-таки приглядеться к тому месту, в которое он попал. Невдалеке цепочкой мелких капелек-бусинок колыхалась невесомая сеть, замысловато переплетенная. Поодаль толпились стройные колонны.

Как их назвать?

Малыш с надеждой обратил взор к шикарному соседу.

Красавец снисходительно поглядел на младшего брата.

– Это… это… – с некоторой нерешительностью проговорил он, и вдруг, словно что-то вспомнив, выпалил, – Это деревья!

– Деревьев много, – проговорил некто, проползая настолько рядом, что задел Красника склизким телом.

– А ты кто? – вежливо поинтересовался малыш.

Но неведомый собеседник лишь слегка шевельнул маслянистыми усиками.

– Да, слизень это, – наперебой затараторила многочисленная семейка в странных, словно смазанных маслом, коричневых шляпках с желтоватыми пленками подбоя, – слизень.