Осколки бабушкиной вазы

Ольга Сергеевна хотела отвлечь его и начала рассказывать о сегодняшнем сочинении, но Вадим резко перебил: «Здесь никому не интересны твои школьные глупости! Побереги их для своих старых дев и не позорь меня. Хомяков пригласил важных людей, с которыми собирается меня познакомить. И им совсем не стоит знать, что моя жена – простая училка!»

Неприятный разговор прервал официант с подносом, на котором стояли напитки. Вадим взял стакан виски, сунул ей в руку бокал шампанского (а ведь знает, что не любит она эти пузырьки) и отошёл к группе мужчин.

Ольга Сергеевна сморгнула непрошенную слезинку, незаметно пристроила шампанское на подоконник, нашла официанта, снующего между гостями, и взяла бокал белого вина. Побродила по залу, перебросилась приветствиями и ничего не значащими фразами с парочкой знакомых дам, чтобы чем-то себя занять, маленькими глотками выпила вино. У него оказался приятный свежий вкус с ароматом липы.

– Это вино я привёз из Италии, – голос за её спиной был низкий, тягучий, как мёд.

 – Обратите внимание, что в нём отчётливо слышен запах свежеиспечённого хлеба, как летом в деревне у бабушки.

Ольга Сергеевна обернулась и встретилась взглядом с обладателем необычного голоса и знатоком вин. «Среднего роста, лет тридцати пяти, хорошо сложён, регулярно занимается спортом, даже накануне зимы на лице морской (или горный?) загар, – пронеслось у неё в голове. – Лёгкая улыбка, голубые смешливые глаза, выгоревшая чёлка, небрежно спускающаяся на высокий лоб». От остальных гостей его отличала какая-то нарочитая небрежность в одежде – вместо костюма потёртые джинсы, простая белая рубашка и твидовый пиджак с замшевыми заплатками на локтях.

Конечно, видно, что небрежность эта фирменная и дорогая, но Ольге Сергеевне все равно стало приятно, что не одна она противоречит сегодняшнему дресс-коду.

– Разрешите представиться: Константин! – мужчина обезоруживающе улыбнулся, и, поймав её ладонь, прикоснулся губами к запястью. От неожиданности она чуть не отдёрнула руку, но вовремя сдержалась и улыбнулась в ответ, как будто целование рук для неё – самое обычное дело.

«А ведь мне никто никогда не целовал руки!», – промелькнула мысль.

– Ольга… Сергеевна. Ой, просто Ольга.

– Очень приятно, Ольга… Сергеевна, – дружеская, совсем не обидная усмешка проскользнула в его голосе. – Давайте, я угадаю: Вы преподаёте. В школе, в институте?

– Неужели это так заметно? – она смутилась и невольно стала искать глазами Вадима.