Забытая тайна

– Да брось, порошка взяла пачку, стирка у меня, да так, по мелочи, хочешь, верну, – оправдывалась ночная гостья.

– Ладно, не надо, раз взяла – тебе нужней, – успокоил ее Арсений.

– И что, я могу идти? – не понимая происходящего, спросила девушка.

– Иди, – спокойно ответил хозяин.

– Спасибо! А дядька твой тебя не накажет? – не унималась Катя.

– А мы ему не скажем, – усмехнулся юноша.

– Я пойду? – еще раз спросила девушка. Она быстро схватила сумку в охапку, прижала ее к груди и ловко забралась на подоконник.

– До свидания, – сказал Арсений уже вдогонку поздней визитерше.

– Пока, – донеслось до него из темноты сада.

Он прикрыл створку и направился в свою комнату, посмотрел в окно, девушки уже не было видно. «Вот это да, уже сбежала», – подумал юноша, улыбаясь. Часы пробили половину третьего. Он лег в постель, в эту ночь сон его был крепок.

Арсений проснулся от крика, Иваныч ругался на чем свет стоит. Юноша быстро оделся и направился в кухню, дядька открыл все шкафы и, размахивая руками, метался по комнате.

– Что случилось? – спросил Арсений, улыбаясь происходящему.

Вид у Иваныча был обескураженный.

– Это же надо, все вынесли, двадцать пять лет здесь живу, люди стороной не только дом обходят, к забору боятся подойти! А тут в дом залезли, все уперли. Есть нечего, завтрака не будет! Это ж надо, ничего не боится, – громко возмущался Иваныч.

– Яичницу сделай и хватит, мне работать пора, – рассмеялся Арсений, вспоминая ночное происшествие.

– Вам смешно, а с меня спрос, все вынесли, сумки три, точно.

– Нет, не слышал, – слукавил юноша, придвигаясь к столу.

Вскоре завтрак был готов. Иваныч не унимался, он пересчитывал несуществующие запасы, которых набралось уже не на три, а на пять сумок. Арсений улыбался, после легкого завтрака он направился в свою комнату, а через несколько минут дядька заглянул к нему.

– Поехал я в город, рано не ждите, вернусь только к вечеру, много не работайте, выходной сегодня, отдыхать надо. Обокрали шельмецы, это же надо, – не мог успокоиться он.

Арсений остался один, он вспомнил ночную гостью, ее сумку, и реакция Иваныча вновь развеселила его. «Хорошо, что у нас не ломятся закрома, а то бы наговорил, что от нас машинами добро вывозят», – сказал сам себе Арсений и рассмеялся, глядя на закрытую дверь, словно дядька мог его услышать.