Забытая тайна

Тушеные овощи и куриная грудка на пару, ваза с фруктами, абрикосовый компот и пара румяных булочек – все это стояло на массивном дубовом столе.

– Иваныч, поужинай со мной, – тихо попросил юноша.

– Хорошо, – ответил он.

Дядька поставил еще один прибор и сел рядом.

– Надо, наверное, свежую рубаху надеть, за столом с голым торсом сидеть неприлично, – улыбнулся Арсений.

– Ну ее, пусть тело дышит, когда еще так посидишь, этикет, язви его, – рассмеялся Иваныч и добавил овощей в тарелку Арсению.

– Да, чего только люди не придумали, усложняя себе жизнь, а все-то просто: поел, поспал, поработал – вот и вся жизнь, – беря руками кусок курицы, рассуждал юноша.

– Арсений, вот нож, – подвигая нож, сказал дядька.

– Опять сложности: нож, а рукой не так получится, – усмехнулся Арсений.

– Да ладно, ешьте, с вашим нравом лишь бы поели, хоть ногой, – ворчал старик.

– Правильно, если бы я ногой поел, ты бы в ладоши хлопал, – рассмеялся Арсений.

– Да ну вас, – отмахнулся Иваныч.

Скоро ужин был окончен, Арсений сидел у окна и наблюдал за старой вороной, которая много лет жила во дворе, старик гремел посудой, убирая ее в шкаф.

– Ну что, мыться и спать? Или вы еще работать будете? – спросил дядька.

– Пожалуй, нет. Иваныч, а ты был женат? – задумчиво спросил юноша.

– Был… Очень давно, – тихо ответил старик.

– А где твоя жена?

– Она умерла, в тот год зима была суровая, она простудилась, болела сильно, а потом умерла, – ответил старик, как-то очень спокойно.

– А дети?

– Детей не случилось, ты мой ребенок, сколько я уже с вами? – задумался Иваныч.

– Двадцать пять лет, отец говорил, что взял тебя на службу, когда мне было два. А тебе не скучно со мной, ведь я такой зануда? – рассуждал Арсений.

– Чего это вы сегодня? Как себя чувствуете? – забеспокоился дядька.

– Все хорошо, это я так, задумался, давай мыться и спать, – успокоил его Арсений.

– Ой, не нравится мне ваше настроение, Арсений, на днях отец приезжает, у вас все готово? – занося юношу в ванную комнату, спросил дядька.

– Да, все готово, я расшифровал ему все письмена, что он просил. А настроение нормальное, иди, я сам, – садясь на стульчик в душевой, ответил Арсений.

Струи теплой воды ласкали его бледное, но накачанное тело, если бы не тонкие изуродованные ноги, его фигура была бы похожа на идеальную античную скульптуру. Юноша сидел неподвижно, опустив голову, казалось, он впитывал влагу всем телом. Время будто замерло и остановилось.