Координаты неизвестны

) – устройства для вывода показаний с матки гирокомпаса в ходовую рубку] к гирокомпасу, тянулись проводами всевозможные устройства. Тут и профессиональная стереосистема, и всяческие планшеты, картплоттеры, зарядные устройства для гаджетов, радиостанций и аккумуляторов, устройства ввода и бессчетное множество разных штуковин с лампочками, кнопками и крутилками, назначения которых Ася даже вообразить не могла. Все это техногенное великолепие покоилось на квадратном, метр на метр, рабочем столе вместе со стопками полевых дневников из прошлых экспедиций, клеенчатыми тетрадями, картами, лоциями.

Довершали «уголок сумасшедшего профессора», как в шутку называла рабочее пространство Кости Ася, несколько стоящих в углу электрогитар и флипчарт с маркерами у окна. В остальном жилище Кости было весьма аскетичным: дешевый диван-книжка да шкаф-купе у торцевой стены – вот и весь нехитрый интерьер.

– Ну, рассказывай, как продвигаются у тебя поиски «Стремительного»? – отхлебнув чаю, спросила Ася.

– Не надо о больном, – поморщился Костя, – Пока все то же: заложен на судостроительном заводе №200, он же – имени 61 коммунара, в Николаеве под именем «Полезный» в тридцать шестом году, – Костя зашуршал листами, исписанными быстрым почерком, – Проект 7У, размеры… водоизмещение… вооружение….

Ага, вот: «Ранним утром 6 марта 1942 года при возвращении в Новороссийск после конвоирования транспортов в Керчь «Стремительный» из-за ошибки в счислении подорвался на мине и стал на якорь. После прибытия в район лидеров «Ташкент» и «Харьков» своим ходом пошел в Новороссийск. Во время этого перехода затопило второе и третье котельные отделения, и корабль потерял ход. Сильное волнение не позволило взять эсминец на буксир, и утром следующего дня он затонул. Спасти удалось только двух человек». Но это знают все, – он шлепнул пачку листов на стол.

– А вот то, что удалось нарыть мне, – Ася достала из рюкзачка планшет, – Здесь списки членов экипажа, несколько вариантов координат гибели по разным источникам, все отметки координат за 6 марта 1942 года по Журналу боевых действий и еще воспоминания одного из членов экипажа, которого в том походе не было, он лежал в госпитале.

Скидываю в iCloud.

– А ну-ка, – оживился Костя. Несколькими щелчками мыши он открыл на своем компьютере сброшенные Асей документы и развернул в новом окне лоцию Керченского пролива.

– Считаем. Вот координаты, где эсминец наскочил на минную банку. Это, судя по всему, советская минная постановка К-12.