История одного фельдшера

Свобода, благодать, счастье!» Ночь промчалась незаметно, он почти не спал. «Может, просто не хотелось, – написал он в своём дневнике, – а может, пришло время насладиться хоть одной спокойной, безмятежной ночью. Не так уж часто такие выпадают в Москве».

Утро. Чемоданы. Вокзал. Поезд. И наш товарищ Петренко с уверенным, полным жизни взглядом отправился в родные сердцу места. На вокзале было очень многолюдно. Ну а что вы хотели: декабрь, зимние каникулы, Новый год, долгожданный отдых.

Люди вокруг были исполнены чувств, которые внушали эти четыре заветных понятия. Виктор очень соскучился по маме: тяжело ему давались отъезды, приходилось оставлять её в деревне одну. Отца он практически не помнил, поэтому мама стала для него целым миром, тем важным и до боли любимым человеком, который с верой и надеждой ждёт каникул, ждёт Нового года, ждёт своего любимого Витеньку. Она понимала, что сын её может многого добиться в жизни, не зря же он поступил в одно из лучших учебных заведений страны без связей, поблажек и взяток. Она очень гордилась своим мальчиком и, как любая мать, желала ему счастья и больших успехов!

Виктор еле пробрался через толпу, чтоб занять место в зале ожидания. Его поезд отправлялся в десять вечера, ждать оставалось всего полчаса. «Вот свободное место, здесь и сяду», – решил товарищ Петренко. И тут среди толпы он заметил знакомый силуэт. Молодой человек примерно его возраста пробирался к табло, которое висело на стене.

– Неужели это Крынский? – обрадовался Петренко. – Да, точно, это он! Крынский! Крынский! – позвал он, стараясь перекричать царивший кругом гул.

Крынский оторвал взгляд от табло и устремил его в ту часть зала ожидания, откуда доносилась его фамилия.

– Неужели это Петренко? – удивлённо спросил себя он и тут же закричал в ответ: – Петренко!

– Здравствуй, Крынский, – сказал товарищ Петренко, когда молодые люди встретились.

– Здравствуй! Виктор, по-моему? – ответил Ярослав, приятно улыбаясь.

– Да, правильно, – кивнул тот.

– Ты тоже куда-то уезжаешь? – спросил Ярик.

– Да, еду в родную деревню, к маме. А ты?

– Моего отца пригласили на Новый год в Петербург. Вот и я тоже еду. Родители уже там, – радостно сообщил Крынский.

– Здорово! Я тоже всегда мечтал о Петербурге, столько читал о нём у Достоевского и у других классиков, – восхитился Петренко.