Юность

А когда она полностью вырастает, у нее появляется шанс почувствовать настоящий мир. Мир, в котором есть воздух; мир, в котором светит солнце, в котором существуют цветы, бабочки, дождь. И она это чувствует: начинает лучше расти, становится крепче и слаще. Но у морковки нет сердца, а у тебя оно есть, и его отсутствие нисколько не мешает ей быть счастливой морковкой. Пойми, мир, в котором мы родились, это не мир, в котором мы будем жить дальше. Что-то зависит от нас, и мы в силах это изменить, а что-то решает за нас судьба и воля случая.

Мы лишь должны хвататься за любую возможность, даже тогда, когда шансов на победу вообще нет. Мы должны покорять, а затем сворачивать горы, добираться до самых вершин и кричать во весь голос..! Так что, давай свернем, хотя бы, морковные горы!”

Оскар странно смотрел на меня и не говорил ни слова. Меня сдавливал какой-то вакуум. Руки заледенели, и не хватало кислорода. Я ждала, когда Оскар засмеется над той глупостью, что я только что говорила на полном серьезе.

Чем дольше я находилась в ожидании, тем невыносимее это было.

“Я вчера посадил. Успею?”

Я засмеялась и с облегчением потрясла головой. Мне было жутко неловко стоять перед ним и смотреть в глаза. От волнения я почесала нос, поправила волосы и натянула на плечи спадающую кофту. Нервно улыбнувшись, я пожала плечами и наклонила голову набок, незаметно указав на окно. Оскар продолжал смотреть на меня еще несколько секунд, а потом улыбнулся. Я знала, что он сделал это просто так, без всяких эмоций, но она была искренняя.

Он оттолкнулся от стены, взял с полки ключ и вышел в коридор. Засунув руки в карманы, он покачивался с пятки на носок, продолжая загадочно смотреть на меня. Я последовала за ним. Мы спустились на первый этаж и вышли за территорию.

“Я спокойно могу отсюда выходить, пошли,”– опередив мой вопрос, ответил Оскар.

Я застыла на месте и потеребила губу; на лице снова появилась улыбка. Деревья росли близко к обочине и друг к другу, образовывая тоннель, едва пропускающий солнечные лучи.

Я задрала голову вверх и вдохнула полной грудью. Свежий и холодный воздух с запахом океана и недавнего дождя растворялся внутри меня. Машин не было – мы с Оскаром шли посередине дороги. Асфальт под ногами стал темно-серым, и местами проглядывали маленькие лужи. По всей длине обочины цвели маргаритки – я их обожала.

Поправив на плече рюкзак, я откинула назад развевающиеся волосы и украдкой взглянула на Оскара.