Постмортем

Командировку я себе, к счастью, запланировал недельную, никак не дольше. «Проживу неделю без таблеток, – решил я. – Все равно я тут пью чуть ли не каждый день. Еще не хватало с алкоголем мешать».

Соня Дятлова. 25.03.2003

На улице Андрианова есть Школа. За Школой – Тихий Пьяный Двор, где живет Валерка-наркоман. Дальше – Дикий Пьяный Двор, где барагозит Анвар с дружками. За ним – Универ, куда нужно поступить, чтобы мама наконец-то замолчала. Рядом – ПТУ, куда после девятого ушел Росляков. А между Универом и ПТУ есть дорожка, ведущая в Гаражи.

На одном из Гаражей, на теплом от весеннего солнца рубероиде, сидит, ножки свесив, Сонечка Дятлова. Справа от нее початая бутылка колы, слева – жуком елозит по черной крыше телефон в беззвучном режиме: мама звонит в третий раз. Или в двадцатый – все равно. Сегодня утром маме следовало выбирать выражения. После очередной пустячной ссоры Сонечка ушла из дому, прихватив смену одежды и палку колбасы.

Она вынимает из рюкзака блокнот и пишет «Образовательное».

Немедленно под заглавием появляется первая строчка:

Я – твое незаконченное среднее

Сонечка привычным жестом сует конец карандаша в рот, прикусывая ластик. Немного погодя она записывает еще одну:

Ты – мое высшее специальное

Счастливо улыбнувшись, она ложится на спину, раскидывает руки, широко открытыми глазами глядит на светло-серое небо. Вокруг ни души, она наедине с теплой ранней весной. Одноклассники корпят над контрольной по алгебре, птушники спят на лекции выжившего из ума отставного лейтенанта, студенты тянут руки на семинаре, город погружен в работу, три часа дня.

А Сонечка свободна – просто потому, что так решила.

Заливаются птицы. В воздухе разлит аромат, не поддающийся определению. Будто огурец только что разрезали – и вдыхаешь эту чуть горчащую свежесть. Пара мгновений – и нет ее, улетучилась без следа, остается обычный огуречный запах. Снега растаяло уже довольно – повсюду глубокие серые лужи, университетское футбольное поле превратилось в болото, но пахнет все это чистой весенней водой – ни сырости, ни прели.

Потянуло дегтярным дымком: в одном из гаражей неподалеку затопили буржуйку. Даже этот дым теперь кажется Сонечке приятным. Она снова садится и пишет, объятая весной.

Ночует у Катьки, чьи родители уехали в отпуск на две недели. В три часа ночи просыпается. В пять вызывает скорую. А в шесть утра звонит маме:

– Привет. Я в больнице. У меня, кажется, острый цистит. Привези мой полис… пожалуйста.