Недолгое счастье Фёдора Макарова

Уверяю вас, все столичные риэлторы работают по таким договорам. Вопросы имеются?

– Имеются, – сказал Фёдор. – У Константина Громова есть жена, дети там, вообще, родственники?

– Хороший вопрос, – усмехнулся в усы Александр Самуилович. – Вы, я вижу, имеете представление о змеиных родственных клубках, что катаются из залов судов в адвокатские конторы, туда и обратно в режиме нон-стоп. Здесь в этом отношении всё чисто. Последняя жена с ним развелась, оставшись ни с чем в плане недвижимого имущества, согласно брачному договору.

Остальные родственники, если они есть, я уверен, надёжно нейтрализованы громовскими адвокатами. Он, кстати, всегда пользовался услугами самых лучших адвокатов. Ваш паспорт, пожалуйста. Если больше нет вопросов.

– У меня вопрос, Семёныч, – встрял в разговор Едрёнкин, зорко следивший за происходящим. – Не про адвокатов, нет, таких хороших, что оказался-таки Костя в пиндосской тюрьме. Я о другом хочу спросить. Я слышал, ты женишься на Костиной бывшей. Она ведь тёлка на все сто, или, как сейчас говорят, десятка.

Правда или нет?

– Неправда, – сказал Цилькер, беря у Фёдора паспорт, извлечённый из кармана спортивной куртки. – Я хочу жениться не на Костиной бывшей, а на жене её друга. Она тоже десятка. Понял? Господи, это же проще простого: если друг женится на Костиной бывшей, ему придётся перед этим развестись со своей женой, и тогда на ней женюсь я.

– Но ты же сейчас вроде как женат? – Вытаращил глаза Владимир Иванович.

– Уже развёлся. Неделю назад. И это пятый мой развод.

«Вот она, высшая математика», – подумал Фёдор. – «Еще учиться и учиться».

Учиться ему предстояло не только тонкостям местных матримониальных отношений, но и кое-чему другому.

– Давай, пока Семёныч документы заполняет, поговорим с тобой вот о чём, – Едрёнкин придвинулся к Фёдору, и тот увидел его холодные голубые глаза. – Ты забор на задах своего участка видел?

– Нет, – сказал Фёдор. – Я как-то ещё…

– Ладно. Завтра увидишь и вспомнишь мои слова. Этот забор такой, какой должен быть, не выше и не ниже.

Стандартный. Потому как отделяет твой участок и все крайние участки от правительственной трассы, охраняемой снайперами. Ничего не должно над ним возвышаться, ни строения, ни дерева. Костя это знал, и у него там лишь газон и кустики какие-то невысокие. Теперь и ты знаешь. А то вот был случай, Семёныч не даст соврать…

– С батутом, – отозвался Цилькер, не отрываясь от писанины.

– Ага, с батутом, – губы Едрёнкина растянулись в улыбке.