Еда и патроны. Прежде, чем умереть

А если про этого милого молодого человека в моей команде – на то есть веские причины, но я не хочу утомлять долгой историей своих злоключений. Расскажи лучше ты что-нибудь интересное. Например, ради чего святые тебя наняли.

– Не ради твоей головы, можешь не волноваться.

– Начало хорошее. О, а вот и наш… – собрался я отвесить комплимент вышедшему из уборной Станиславу.

– Не надо, – оборвал он меня, мотая головой, упал на диван и с обиженным видом скрестил руки на груди.

– Э-э… Знаешь, я где-то читал, что выговориться – первейшая необходимость для жертвы изнасилования.

– Ну всё, с меня довольно! – вскочил Станислав как ужаленный. – Идите нахуй оба! – и хлопнул дверью.

– Видишь, что ты наделала? Раньше был нормальный мужик, а теперь на женщин смотреть без содрогания не сможет. Хорошо, если на мужиков не начнёт. А то и на животных каких-нибудь…

– Что у тебя за дела в Навашино, Кол? – прервала Ольга череду моих рассуждений.

– Не стану тебе врать, ведь мы не чужие друг другу, и взаимное доверие – штука важная, однажды его лишившись…

– Господи, Кол, просто ответь.

– Ты слыхала про взрывы в пустоши?

– Продолжай.

– Кое-кто хочет узнать о них поподробнее.

– И-и....?

– Теперь твоя очередь делиться информацией.

– Смеёшься?! Ты нихрена мне не рассказал!

– Но, всё же, чуть больше, чем ты мне.

– Судя по тому, что жирная свинья внизу шевелила своими слюнявыми губами, когда я вошла, тебе уже известны мои интересы здесь.

– Верно. Просто, понимаешь… я рассчитывал услышать это от тебя, и немного разочарован такой скрытностью.

Когда мы с тобой виделись в последний раз, года три назад?

– Прошлым летом, вообще-то.

– Не важно. Мне и этого хватило, чтобы соскучиться, а ты так холодна. Ведёшь себя, честно говоря, как последняя стерва.

– Кол, – подалась Ольга вперёд, сцепив пальцы в замок, – ты свалил тогда, даже не предупредив. У меня могли быть проблемы из-за тебя, сукин сын. И ты ждёшь теплоты?

– Но ведь не было же проблем. Верно? – откинулся я, любуясь прекрасным, хоть и хмурым, творением природы, сидящим передо мною.

 – Ты ослепительна. Уму непостижимо, как из того мелкого сорняка расцвёл столь восхитительный цветок. Постой, а это что? – заметил я, приглядевшись, небольшой шрам на левой скуле, полускрытый волосами.

– Напоминание о месте, отведённом мне столь любимой тобою природой, – коснулась она лица.

– Кто это сделал?

– Один заказ. Снова пришлось вживаться в образ проститутки.