Говорящий со звездами

Мама часто водила меня сюда, и я, как и эти дети, резвился здесь теплыми вечерами. По телу пробежали мурашки и, хотя многое здесь изменилось, память ведь не обманешь – атмосфера этого парка останется со мной навсегда, и так же, как сейчас, будет греть душу. И вот с такими приятными воспоминаниями я пересек парк почти по диагонали и вышел на проспект, а отсюда до моего двора оставалось не более пяти минут ходу. Перейдя на противоположную сторону улицы и остановившись у автомата, достал из заднего кармана джинс кредитку, оплатил ей пачку сигарет и, закурив сигарету, повернул за угол дома, заходя во двор.

Тут ничего не изменилось, вот только когда я был здесь в прошлый раз, полгода назад на новогодние праздники, все было в снегу. Я сел на лавочку возле подъезда, бросив сумку рядом, и откинувшись на спинку лавочки, запрокинул голову, мельком взглянул в кухонное окно, находящееся на втором этаже. Мама, всегда встречая или провожая меня, стояла у этого самого окна, вот только сейчас ее там не было. Все правильно, во-первых, она еще на работе, а во-вторых, я ей не сообщил о своем приезде, хотелось сделать сюрприз, но…

– Сашка, ты может, все-таки поднимешься? – сказала она, выглядывая в то самое кухонное окно, в котором еще секунду назад были видны только голубенькие занавески. Да уж, сделать маме сюрприз было невозможно, в последний раз, когда мне это удалось, это когда я в восемь лет гуляя на улице, загремел с качелей, да так неудачно, что сломал ногу. Вот тогда звонок врача из районной больницы был для нее сюрпризом.

– Да мам, уже иду, – ответил я, подхватил сумку с земли и, выбросив окурок в урну возле лавочки, вошел в подъезд. Дверь в квартиру была открыта, но я все-таки приложил большой палец правой руки к идентификационной пластине дверного замка, чтобы послушать знакомый электронный голос.

– Добрый вечер, Александр, – и после секундной паузы, во время которой электронный страж хотел открыть уже незапертую дверь, он добавил, – открыто, входите.

– Рад тебя слышать, – сказал я и вошел, закрывая за собой дверь. Замок, конечно, не ответил.

Мама выглянула из кухни и сказала:

– Привет, давай раздевайся, и кушать, – и, нахмурив брови, спросила, – или сначала примешь душ?

– Сначала душ, а потом чай, – ответил я.

– Ну, может… – неуверенно начала она.

– Нет только чай, – не дал ей договорить я. Шумно выдохнув, она вернулась на кухню, а я принялся снимать верхнюю одежду, слушая ее причитания.