Говорящий со звездами

1853 год

Мы с Димкой снова чувствовали себя немного неуютно, так же, как и с отцом Альбины, снова все знали, о чем говорят, а мы нет. Я и в правду впервые слышал о Экс-корсаре, а вот Меломан, похоже, знал все, что происходит в космосе, населенном многими миллиардами людей, и кого не назови, он как минимум где-то о нем слышал или читал. Свой рассказ Сема закончил тем, что и сам не знает, почему на него и его товарищей оскалили свои зубы пилоты ВКС, ему одному удалось уйти, остальные погибли в неравной схватке или были захвачены силовиками.

– Наш контракт истекает после того, как мы сопроводим этот груз, – говорила она, – а после этого в свободное плавание, и вот тогда мы и высадим Сему там, где ему будет удобно.

Все были согласны с ее мнением. Меломан вызвался посмотреть флугер Экс-корсара.

– Я как минимум буду знать, в чем там причина, – сказал он, пододвинувшись поближе к Семе, – может даже и на борту Арго смогу починить его.

– Таки это вряд ли, – покачал головой Эсерман.

– Это почему же?

– Просто я знаю, в чем причина этой поломки.

Меломан выжидающе глядел в лицо своего собеседника, давая понять, что ждет рассказа о причине. Но тут в разговор вступила Аля.

– Вот и хорошо, вы займитесь флугером Семы, а я пока подойду к Архимеду, может, погрузка уже завершена, и нас давно уже заждались, – она встала и направилась в рубку, но остановилась в проеме двери, добавила, – Дима, ты мне поможешь?

Он кивнул ей и вышел из кают-компании следом.

– Перед тем, как заняться моим Коршуном, – начал Сема, – я таки хотел бы принять душ, если есть такая возможность?

– Конечно, есть, у нас еще две свободные каюты, а если тебе придется некоторое время летать с нами, то ты в любом случае займешь одну из них, – сказал я.

– Мы тебя проводим, а заодно и покажем где у нас что, – добавил Меломан.

Экскурсия по кораблю заняла не более десяти минут, и в конце ее мы оставили Сему в свободной каюте, а сами направились в пилотскую рубку. Димка сидел в кресле техника, они с Алей обсуждали нового члена нашего экипажа.

– И все-таки я думаю этот Эсерман вовсе не такой уж и злостный, – говорила Аля, – и я не жалею, что мы его подобрали. Не очень-то охота, чтоб до конца своих дней я думала, что по моей вине погиб человек.