На закате

 если

бы пришли в нашу семью чужаки, было бы во сто крат хуже. Для этого не-

плохо бы вспомнить Великую пятисотлетнюю Британскую империю, под вла- дычеством которой находилось более половины земного шара, а заодно изу- чая историю этого периода, оценить её «праведные» дела по уничтожению

иных народов и рас…

Домысливать остальное придётся читателю самому, а нам пора в дорогу…

На сельских просторах.

(Пояснительная записка, личные впечатления, особое мнение на теку- щий исторический момент и ко всему этому горькие воспоминания, суки- ного сына, Луки Мудищева)

– Хорошо в дяревне жить!.

. Выйдяшь в поле, сядяшь ср… ть, далеко-о

табя видать… К чяму енто я вам так, сказал?.. Помнится, в году этак два- дцать втором, в-аккурат, за два года до смерти Володьки Ленина, будь он

неладен, не в добрый час вспомяни о нём, и, поди, за три года до гибели Се- рёги Есенина в Ленинградской гостинице «Англетер», дружбана моего и ко- реша славного. Где-то уже после Святой Троицы, поехали это мы с Серёгой к няму на родину, в село Константиново, на Рязанщину.

Мы с ним тогда уже крепкую дружбу водили, я ящё тогда в Кремль не вхож был, да оно-то как раз, в том двадцать втором, в Кремле том, такой там бардах тво- рился: голыми по Москве расхаживали и в чём мать родила друг за дружкой гонялись, что им было не до меня. А Серёга уже про меня стяхи пясал,

правда, сильно матершинные, но пясал, пясал. После сплетни ходили, что

это будто бы не он писал, но то брехня, брехня… Стихи те, кому только не приписывали: и Денису Давыдову, и Демьяну Бедному, и чуть ли не самому Пушкину, про Володьку Ленина почему-то забыли, а пясал он, Серёга Есенин.

Так вот поехали это мы к нему в деревню Константиновку, селом она у них называется. Зачем поехали?.. Как зачем?!.. На сене поваляться в обнимку с пышной рыженькой барышней-крестьянкой, молочка парного испить, да клюквы и прочих ягод отведать, под жбан водочки-перцовки с грибочками, маринованными из бочонка: всем понемногу полакомиться. Гармошку-та- льянку, он это, свою прихватил. Ездовой правит, а мы сядим это на

тялеге, в задке, сена по задницу подмостили, ноги в хромовых сапогах внизу болтаются, и песни на всё горло распеваем. Кругом раздолье, без- людье, о чём я раньше вам уже рассказывал, но потом в лес въехали, но петь не перестали. Помнится, раза три, а то и больше, пели мы всё про рябину… или про клён?.. Нет, всё-таки не про клён, а про небо… Я тогда даже всплакнул надолго.