Жизнь – жестянка. Книга 2

В эту минуту кассирша хлопнула катушкой шпагата по прилавку, сказала:

– Вот вам шпагат сами вяжите до кучи и тащите себе на здоровье можно как вязанку с дровами, если не хотите, не- сите оберемком, стиляги вы хреновые. Нагребли, чёрт знает чего ещё им и пакуй! То, что вы купили, оно у нас ещё с вой- ны висит в лучшем случае от Хрущёва. Побольше бы таких покупателей, гляди, и от хламья избавились бы, а то в утиль придётся сдавать, и прогрессивки лишат, а то и тринадцатой зарплаты. Это барахло мы не меньше чем пять раз уценяли, но в его сторону даже никто не глядит, хоть совсем убери цену всё равно никому не нужно.

– Почему же тогда вы с нас стоко содрали?.. выходит, что в пять раз надо меньше, – спросил Лява.

– Ты вернись к прилавку, протри глаза свои и прочитай что там написано, а там русским языком ниже цены ясно указано, что все скидки действуют для тех, кто берёт данный товар не менее чем на тысячу рублей. Вот и берите чёботов со шнурками на тыщу рубчиков. Та уценка не про вас, то сов- хозы оптом у нас покупают, чтобы своих чабанов приодеть вот им и скидка.

Лява отсчитывал деньги, перепроверив три раза подряд, а Бекас складывал и увязывал вещи в упаковки. Спустя вре- мя, когда они прибудут на свою точку жилья, оставшись на- едине, Лява скажет другу: «Бекас, нам сильно повезло, что мы попали именно в этот магазин. Продавщица сама того не подозревая идею мне подсунула я, Бекас, над этим вопро- сом ни одну ночь бессонную голову ломал, а так и не мог ни- чего придумать пока продавщица идею не сболтнула.

Сам подумай, как бы мы тащили чистый наряд свой за собой?.. Сразу на себя не натянешь, тут же спросят, – куда выряди- лись, а вот в мешках, в которые шерсть запихивают как раз то, что надо!».

– Связали?.. – спросила кассирша, – ну и, слава богу, а то у меня из-за вас уже голова разболелась. Идите с Богом да по дороге не растеряйте, а то придётся в одном ботинке ходить.

На выходе из магазина с первого раза в двери выйти не удалось: препятствием оказалась тугая пружина на дверях от комбайна, а то и зерновой саделки.

Бекас бросил свои тюки на пол и, оттянув полотно двери, пропустил вперёд друга, после этого Лява кинул своё добро прямо на асфальт, налёг всем телом на дверь, ожидая пока Бекас, соберёт на полу пожитки и проскочит проблематичную черту входа и выхода. Мгновение закрытия двери было ужасным, ибо была веро- ятность, что народ в округе всполошится, а старикам и пожи- лым напомнит прошлую войну.