На факультете ин. яз. Душанбе

Негромко сказав «хорошо», я отошёл в другой конец остановки, куда не падала тень и было жарко. Остановка быстро начала наполняться людьми. Тут подъехала «вторая» маршрутка, и оттуда вышел старик с мешком лука на плече. Мальчик-кондуктор начал созывать пассажиров: «Текстиль, Военторг, Дом Печати!».

В маршрутке было всего лишь одно свободное место, на переднем сиденье, прямо за водителем. Мы с девушкой вместе подошли к маршрутке, и «зазывала», увидев нас, быстро втиснул мальчика лет семи, сидящего на переднем сиденье, в конец автобуса, между двумя стариками, а нас почти силой запихал в маршрутку.

Девушка расположилась у окна, а я был вынужден сесть рядом с ней.

– Извини, тут я никак не могу выполнить твою просьбу и «отстать», – улыбаясь, прошептал я. Она отвернулась к окну и незаметно улыбнулась. Мы ехали молча. На «Текстильке» мальчик посадил ещё одного пассажира – старую бабку с тяжёлой сумкой – и уступил ей своё место у двери, а сам привалился на меня. На поворотах мне приходилось с усилием сдерживать его вес, чтобы не упасть на девушку, сидящую рядом со мной.

Она это заметила.

– Тяжело? Можешь подвинуться ближе, пусть мальчик тоже присядет, – негромко произнесла она.

Я пересел поближе к ней и сразу почувствовал запах ещё не созревших персиков и молодого клевера, исходящий от её чистых шелковистых волос. Очень волнующий запах.

Её простое ситцевое платье, простые серебряные серёжки и запах клевера придавали ей ту самую простоту и естественность, которую редко встретишь у нынешних девушек.

И то, что она усадила мальчика-кондуктора рядом с нами, отчётливо говорило о её доброте, которую она неловко пыталась скрыть за своей неприступностью. Я сразу проникся к ней симпатией.

Красивая девушка была душанбинкой. Я точно знал, что она душанбинка. Их легко узнать по уверенной манере разговаривать, по достаточно хорошему русскому языку, по одежде, которая почти всегда выбирается тщательно по размеру. Душанбинки никогда не выбирают одежду на размер больше или меньше.

Она всегда сидит на них идеально.

Я старался сидеть так, чтобы не доставлять ей неудобств, хотя это было сложно, особенно на поворотах…

Я сидел так близко к ней, что мне было чётко видна её почти прозрачная кожа на шее и щеках, мерно покачивающаяся серёжка на мочке уха…

Она, заметив мой взгляд, тихо наклонила голову и, повернувшись в мою сторону, мило и застенчиво улыбнулась…

Иногда взглядом можно выразить очень многие чувства.