Чисто в лесу

Ефремов писал о красоте, тоже ведь придя к этому пониманию, а раз он его описал, то почему бы не воспользоваться его попыткой? А что касается искусства и связи его с красотой, то здесь моё мнение формировалось совершенно иным путём. То есть я хочу сказать, что ты мог написать своё сочинение иначе, если бы подумал. – Дара помолчала немного и продолжила: – Прочитай ещё раз это произведение, только внимательно, тогда ты поймешь, почему я на него ссылаюсь. Так же прочитай заодно Туманность Андромеды и Час Быка у того же автора.

Там речь о другом, но тебе будет полезно.

– Прочитаю, раз такое дело. – ответил я.

Дара знала очень многое; теперь я понимал, что ошибся, когда подумал, будто темы для разговора исчерпаны. Оказывается, мы даже и не начинали ещё разговора на серьезные темы, а крутились около того, что я не могу полностью понять, и она просто ждала, когда со мной можно будет начать общаться по-настоящему, ждала, когда я начну думать, а не совершать лишь простейшие мыслительные операции.

Она снова начала притягивать меня, и мне опять хотелось общаться, как раньше. Окончательно поняв, что Дара очень умна, несмотря на возраст, я решил начать задавать очень сложные по моему мнению вопросы:

– Дара, а что такое истина? Для людей истина относительна, один видит одно, другой – другое, когда показываешь один и тот же предмет. Мы можем, например, взять факт и интерпретировать его разными способами, приходя, порой, к совершенно противоположным выводам.

Люди ищут истину, считая, что она сделает их свободными, а на самом деле получается, что эта истина их ограничивает, заставляет не спать ночами, что-то выяснять, проверять и так далее. Порой даже сладкая ложь оказывается важнее горькой правды.

– Да уж, Артём, этот вопрос не самый простой. Точнее, я знаю на него ответ, но мне будет крайне тяжело подобрать образы именно для тебя, поскольку уже по форме твоего вопроса, я вижу, что за каша у тебя в голове, раз ты путаешь истину и правду, не знаешь, что такое свобода, если считаешь, что истина её ограничивает.

Раз я обещала ближайшие несколько дней делать всё, что ты захочешь, я отвечу на твои вопросы. Задай сразу несколько, чтобы я могла подготовиться.

– Хорошо, вопрос про истину остаётся, – начал я, соображая, что ещё можно спросить, – хочу узнать, что такое свобода, что такое счастье, и как всего этого добиться. Ещё мне интересно, откуда ты столько всего знаешь.