Замочная скважина

Шея ныла, боль уходила куда-то в глубины тела, проникая, как ему казалось, из неведомых мозговых извилин вниз и дальше, в суставы, колени, пятки… Одноклассники смотрели с интересом, предвкушая поворот, который всегда оказывался непредсказуемым, разрушающим самые невероятные ожидания.

– Все вы знаете, что сегодня произошло, – начала свою речь Татьяна Анатольевна. Пострадал ваш товарищ – сильно поранился, едва не был сорван урок математики. И это – в конце учебного года, когда мы должны всех аттестовать, и времени остаётся совсем немного, а тут такое.

Интересно. К чему она клонит, – подумал Егор. Уж не я ли во всём виноват? – мелькнула с бешеной скоростью странноватая мысль. – Да нет же, вряд ли.

Класс молчал, ожидая неожиданного поворота, и он произошёл. Классная внимательно посмотрела на строй вытянувшихся в напряжении подопечных и резко повернулась к Егору.

– Как ты сам расцениваешь произошедшее, и вообще, что ты думаешь: почему всё произошло именно с тобой, а не с кем-то другим? Может быть, тебе следует подумать о том, как наладить отношения со своими одноклассниками, подружиться получше, понять их что ли? У тебя какие интересы есть кроме уроков? Ребята, – продолжала классная, встав рядом с Егором, – давайте подумаем, как нам поступить, помочь вашему однокласснику влиться в коллектив: не оттолкнуть, а именно помочь, подсказать, как стать частью нашего братства?!

И дальше, уже обращаясь к классу:

– Ну, что думаете? Возьмём его на поруки, как говорится, дадим испытательный срок – нельзя же так, и чтобы всем вместе!

Что происходило дальше Егор, не помнит.

Вдруг закружилась голова и он почувствовал, как резко оседает на землю, теряя сознание. Испуг в глазах преподавательницы истории – последнее, что отпечаталось в памяти, дальше – полная темнота и тупой звук как от удара чего-то мягкого и тяжёлого.

Очнулся он дома. Над изголовьем стояла заплаканная мама, отец нервно курил, в комнате пахло лекарствами: то ли валерьянка, то ли что-то другое, на редкость противное.

Нашатырь, вдруг понял Егор – этот запах он хорошо помнил с детского возраста: так приводили в чувство бабушку, пока она жила с ними на старой квартире в Сокольниках. К предыдущим болевым ощущениям добавились новые: теперь ныла спина, рука была замотана чем-то белым, на шее – новая повязка, теперь с жёсткой оболочкой, похожей на воротник к накидке мушкетёра, только без кружев.

– Это что? – поинтересовался Егор.