Увольняясь из жизни

Включив жёлтый свет перед собой, Наташа аккуратно достала из-под подушки потрёпанную временем книгу про то, как дрессировать собак и как правильно за ними ухаживать. Направив свет на пожелтевшие страницы, девочка стала жадными глазами прочитывать страницу за страницей, забыв про всё на свете.

Про позднее время, единственно в которое она могла читать подобную литературу, про сон, а главное про осторожность, порой слишком шумно перелистывая страницы. Её глаза сверкали детским счастьем и даже были сильно раскрыты то ли от радости, то ли от интереса.

Наташа наверняка могла бы пролежать так целую вечность, а всё из-за того что её мама не только не разрешала девочке завести собаку, но и даже осуществить её детскую мечту стать кинологом.

Не слишком красочные схематичные картинки были как живые, рассказывая о точках воздействия на собаку. Но даже этот материал был настоящим кладом.

Наконец лишь к трём часам ночи Наташа стала чувствовать, как её глаза слипаются и решила, что продолжить лучше завтра, чтобы смысл слов лучше доходил до сознания.

Вновь прислушавшись и поняв, что в квартире всё по-прежнему девочка выключила фонарик, и теперь уже абсолютно ничего не видя кроме разноцветных пятен, плывущих перед глазами, на ощупь сделала всё то, что делала вначале только в обратном порядке.

Спрятав книгу под подушку, она приняла горизонтальное положение и почти моментально заснула. Больше в квартире никто не тревожил ночную тишину.

– Ну, мам, почему я не могу завести собаку?! – перейдя уже на достаточно высокий тон вся, трясясь от волнения, говорила Наташа.

Данная очередная ссора между матерью и дочерью происходила в первой половине дня на кухне, когда отец уже ушёл на работу, а брат был в школе. Наташа, которая сегодня за температурила, осталась дома. – Что в них плохого?!

– Послушай нас итак четверо в одной квартире, а ты ещё хочешь к тому же один рот притащить! – тоже повысив голос после убедительных и долгих доводов, отвечала женщина в кухонном фартуке, одетом на домашний халат.

 – Мы с отцом вкалываем, чтобы семью прокормить, а тебе лишь бы развлекаться собаку подавай!

– И всё равно когда я вырасту, то стану кинологом! – выпуская уже последний крик отчаянья, воскликнула Наташа, даже встав с табуретки.

– Нет, не станешь! – резко обрубила её мать, так что девочка еле сдержала слёзы от обиды и непонимания. – Послушай дочь, – чуть понизив тон, но оставаясь грозной, говорила женщина, смотря на Наташу сверху вниз.