Главный врач

«Я всё знаю!» – хотела крикнуть она и заплакать, но, посмотрев в его глаза, лишь прошептала:

– Я тоже люблю тебя.

Глава 2

На даче

Мгновения, меняющие всю нашу жизнь, приходят внезапно, как и мгновение, её обрывающее.

    Терри Пратчетт

Прогноз погоды был пессимистичным: обещали дождь и порывистый ветер.

– Если что, переберёмся в дом! – собирая многочисленные кульки, пакеты, корзинки и коробки, успокаивал жену Аркадий Александрович.

– Тридцать пять человек, Аркаша! Мы будем как селёдки в бочке! – переживала Людмила, оглядывая кухню, чтобы убедиться – ничего не забыто.

– В тесноте, да не в обиде! – улыбался муж.

Но синоптики в очередной раз ошиблись. А может быть, сентябрь, разочарованный тем, что этих докторов ничем не распугать, дунул для острастки пару раз что есть силы, а потом, смилостивившись, разогнал тучи в стороны и включил на всю катушку солнце.

Весёлые лучи, расшалившись, слепили глаза, залезали под опавшие листья, серебрили паутины, перебирали пучки травы, пережившей засуху на плешивой опушке леса.

Наконец, добравшись через поредевшую шевелюру деревьев до прудика, сверкнули блёстками по холодной воде и разбежались солнечными зайчиками вокруг – не поймать!

Все были при деле. Так сложилось из года в год, что у каждого имелись определённые обязанности: мужчины занимались мангалом, женщины выгружали на стол салаты, закуски и напитки. Олимпиада Петровна – старейший во всех смыслах работник клиники – «динозавр в медицине», как она сама себя называла, – несла ответственность за нанизывание мяса на шампуры.

Каждый год собиралось больше и больше молодёжи, что наполняло атмосферу радостью, жизнью, суматохой. Главный виновник торжества ещё спал в доме. Все, особенно женская половина, с нетерпением ждали его пробуждения, желая понянчиться.

– Анна, ты принесла свои баклажаны? – кричала Карасёва.

– Ну конечно! И баклажаны, и помидоры с сыром, и печёночный торт! – перечисляла всеми любимые деликатесы жена Малакова.

Полина подкралась к столу и полушёпотом спросила:

– Которая тарелка?

Анна рассмеялась и указала на судочек, покрытый плёнкой.

Карасёва протянула руку, чтобы незаметно ухватить кусок, но тут же была поймана подругой.

– Эй, не смей таскать, пока накрываем! – шлёпнула её по руке Нина Лето.

– Я не доживу, – жалобно пропищала Поля, – захлебнусь слюной!

– У нас реаниматологи есть, – указывая на сына Дмитрия, заметила Нина, – окажут помощь.

Сама она вовсю хрустела морковкой.