Хроники Смирнова

Поэтому я и плакала в клубе! Я лишилась такой работы! А вместе с ней и служебной квартиры! А ты…ты хороший, но мы общаемся слишком мало для выстраивания каких-либо отношений, понимаешь, да мне ещё стыдно за мой обман! – Никольская выдохнула – Вроде выговорилась…

– Я в шоке! – сказал Виктор, не скрывая удивления, – Какой обман? Аня, ты что? Мне не важно кто ты, и кем ты работаешь! Вообще по боку, честно! Ты лучше всех девушек, кого я вообще когда-либо встречал! И я готов день и ночь с тобой общаться, лишь бы быть ближе…

– Правда?

Смирнов молча кивнул и опустошил рюмку.

Тогда Анна встала и поцеловала Виктора…

В принципе, так и закончилось знакомство Анны Никольской и Виктора Смирнова. Там всё произошло так меланхолично, что даже последний романтик в мире отвернётся от неприязни. И через неделю Виктор и Анна начали встречаться, а после этого и вовсе стали жить вместе. И оба понимали, что вся эта история не была совпадением, всё было неслучайно.

Звучит так, как будто это всё сочиняла десятилетняя девочка, мечтающая об отношениях. Но иногда и самые романтичные мечты превращаются в жизнь. Таких случаев единицы, однако наша парочка – одно из таких исключений. Такая вот история любви, ничего не поделать…Но вернёмся к нашей истории.

Виктор Смирнов шёл по ночной улице в сторону знакомого нам клуба «Выше облаков». Зимний морозный воздух превращал каждый выдох Смирнова в пар.

Снега много не было, везде был гололед.

«Ох уж эта проклятая гололедица! От неё нет никаких плюсов, вообще никаких. Но зато сколько жизней она унесла за всю историю. Пожалуй, примерно столько, сколько какая-нибудь бубонная чума. Когда идёшь по оледеневшей поверхности, на которой образовался этот пресловутый тонкий слой льда, будь он не ладен, пытаешься аккуратно перебираться, но рано или поздно это фигурное катание приводит к жёстким падениям, а потом к травмам и, не дай Боже, инвалидству.

А каково водителям? Все же знают, что в России мало кто любит соблюдать скоростной режим, даже под угрозой штрафа. Здесь многого не надо: гололёд, скорость и поворот. Всё. Машина летит в кювет или куда-либо ещё. И сколько людей головы сложили, страшно даже представить» – так думал Виктор Смирнов, перемещаясь по ледяной корке; у него с детства отвращение к сему природному явлению.