БЕЛЫЕ ВОДЫ. Сказка для неравнодушных

Слыхал про Василия Блаженного? Он даже видел будущее, – Мишаня важно надул щёки.

– Ну, а ты можешь сказать, что будет завтра?

– Завтра в восемь утра ты выезжаешь в Оптину Пустынь к отцу Сергию.

– Зачем?

– Записку тебе написал он. А на словах передал, что тебе пора менять жизнь и не только свою. Завтра в восемь от Тёплого Стана автобусом до Козельска, потом на маршрутке до Оптиной Пустыни.

Верховцев сел на скамью у памятника великому писателю и задумался. Он и сам чувствовал, что пора менять жизнь к лучшему, но не знал как.

Наверное, прав блаженный Мишаня: завтрашний день уже предопределён. Надо ехать…

– Александр, вы? – рядом стояла Ирина Ланская, – Что вы здесь делаете?

– Да, вот, решил пройтись по булгаковским местам, – Верховцев вскочил со скамьи.

– Меня тоже завораживают Чистые пруды. Здесь какая-то особая магия времени. Словно соприкасаешься с параллельным миром.

– Позвольте вас пригласить в трактир, – Верховцев показал глазами на закольцованный трамвай.

– Пожалуй, не откажусь, – Ирина позволила взять её под руку, и они направились в заведение на рельсах.

Там заказали расстегаи и чай с лимоном. Верховцев смотрел на Ирину и любовался её особенной красотой: умные серые глаза, высокий лоб, греческий носик, чуть ироничные губы, милые ямочки на щеках, когда она улыбалась. Ирина почувствовала его взгляд, и её щёки окрасил прелестный румянец. Говорили сначала о литературе, потом о классической музыке. Время незаметно летело за интересной беседой. После трактира они подошли к пруду.

– Идёмте ко мне, – наконец решился Верховцев.

– Вы хотите познакомить меня с родителями?

– Я живу один, – мужчина привлёк Ирину к себе.

– Мне кажется, неприлично просто так заходить в гости к одинокому мужчине, – отстранилась Ланская.

– Это всё пуританские предрассудки, – Верховцев поцеловал Ирину в губы и сразу получил звонкую пощёчину.

– Не провожайте меня, – вспыхнула Ирина и быстро пошла прочь. А Верховцев растерянно опустился на скамью.

Глава 6

Отец Сергий метнул из под седых бровей на вошедшего хитровато-проницательный взгляд: «Заходи с Богом».

Верховцев удивился скромной обстановке кельи старца. Деревянные нары с лоскутным одеялом, оцинкованное ведро с алюминиевой кружкой, образ Спасителя в красном углу и каменный пол, истёртый до блеска молитвенными бдениями.

– Отец наш небесный, а мать – родная земля. На ней и живём, за неё и молитвы мои. Тёмные века кончаются, пора дальше идти.