БЕЛЫЕ ВОДЫ. Сказка для неравнодушных

Например, немецкую пунктуальность, американскую предприимчивость, японскую дисциплину, китайское трудолюбие, – Верховцев повернул разговор на конструктивные рельсы. От соседнего столика к приятелям подошёл улыбающийся седоволосый импозантный мужчина с «Роллексом» на запястье правой руки.

– Извините, господа. Позвольте представиться: Майкл Блюмен, журналист из Великобритании, – он вручил визитные карточки Чернавскому и Верховцеву. Чернавский кивнул на свободный стул. Майкл с достоинством поклонился и присел к ним.

Мужчины представились иностранцу. Тот поочерёдно пожал им руки.

– Я случайно подслушал ваш разговор. Ваши проблемы от того, что вы, русские, молодая нация.

– Ты забыл, Майкл, наша история простирается на тысячелетия, – заметил Чернавский.

– Революция это болезнь. Она вас отбросила в детство, – иностранец холодно улыбнулся.

– Если даже и так, то устами младенца глаголет истина, – вступил в разговор Верховцев.

– Прямота и категоричность суждений – плохие качества для консенсуса.

Поэтому вы, русские плохие политики. У вас нет оттенков. Для вас красные или белые, враг или друг, война или мир.

– Это не главная наша черта. Главное в русском – стремление к истине, поиск правды. Для вас на Западе правда – это то, что выгодно для вас. У нас правда выше выгоды, – возразил Верховцев.

– Алекс, истины, а тем более правды, не существует. Я могу тебе это доказать.

– У нас наличие истины не требует доказательств. Мы просто верим, что истина есть, – отрезал Верховцев.

– Ну, что же. Как у вас говорят: «Блажен, кто верует», – заулыбался Блюмен, заказал виски и угостил приятелей. Затем беседа снова продолжилась.

– Майкл, мы с вами две разные цивилизации. Что русскому хорошо, то иноземцу смерть. Ваша свобода нам кажется вседозволенностью, ваши идеалы нам смешны своей приземлённостью, ваш образ жизни нам видится скучным и размеренным.

– Алекс, а ваша свобода мне кажется кастрированной, ваши идеалы утопичными, а ваш образ жизни – пиром во время чумы.

Поэтому у вас и у нас создаётся образ врага.

– Майкл, наши страны не враги.

– Да, Алекс, и даже не друзья.

– И что же для вас Россия?

– Головная боль. Ваша непредсказуемость просто неприлична.

– Майкл, это наш плюс. Предсказуемым легче манипулировать. А мы кошка, которая гуляет сама по себе, как говаривал ваш Киплинг. У нас свой русский путь.

– Да, знаю, что у вас нет дорог, а только направления.