Земля – лишь ферма

– Молись, чтобы из тебя еще большее месиво не сделали! Разница-то как раз и заключается в «сейчас» и «потом»! И тебе ясно дали понять, что «потом»! Но твои куриные мозги не в состоянии отличить одно от другого! А теперь вопрос на засыпку: долго ты еще собираешься стоять как примороженный?! Шакалова дожидаешься?! Правильно! Пусть оценит твое самоуправство!

– Ты прав, брат. Что же мне теперь делать-то? – растерянно промямлил тот. – Встрял по самое не хочу.

– Да уж, разных уникумов мне пришлось повидать, но такого тормоза впервые!

Продолжив ругаться, Корлеоне быстро подошел к спортивной сумке, которая лежала на коротконогом деревянном столике, подпирающем заднюю стену гаража.

Он вытянул из нее вафельное полотенце и пол-литровую бутылку минералки и снова подошел ко мне.

– Тебе помочь, брат?

– Обойдемся как-нибудь! Стой лучше и помалкивай!

Сочившаяся изо лба кровь уже свернулась, но, обходя правый глаз, успела проложить сантиметровую дорожку к шее. Корлеоне смочил полотенце и, склонившись надо мной, тщательно все вытер.

– Что тебя так рассмешило, дружище? – присев на корточки, спросил он.

– Пить… хочу пить… – прохрипел я, поглядывая на минералку.

– Да не вопрос.

Он мне, как младенцу, поднес ко рту бутылку, и я, вцепившись зубами в горлышко, залпом опустошил ее наполовину. Жажда ушла, а желудок заработал, извергнув громогласную отрыжку.

Судя по физиономии, толстяк находился в легком недоумении. Он два раза открывал рот, чтобы что-то сказать, но решился только на третий:

– Никак не догоняю, чего ты с ним сюсюкаешься? Жалость проснулась? Но какую бы он ни корчил из себя милашку, а кишки ему выпустить придется! Причем я это сделаю с огромным удовольствием!

– Слышь, пасть закрой! Или я сейчас закрою!

– Базара нет, ты старший.

 – Натянув шапку до бровей, он вытянул из сумки моток туалетной бумаги и отмотал с полметра. – Пойду пока проветрюсь.

– Только зад не отморозь, а то мозги ты себе уже давно отморозил! – крикнув вслед исчезнувшему за воротами напарнику, Корлеоне уставился на меня: – Теперь можем поговорить спокойно.

Так с чего ты скалился?

– Во-первых, с того, что замотали как мумию. Хотя мне это и льстит. Во-вторых, вам, шестеркам шакаловским, нервишки подпортить.

– А почему льстит-то? – улыбнулся он.

– Если так упаковываете, значит, боитесь, твари! – заявил я и плюнул ему под ноги. – Эх, надо было в рожу!

– Тихо-тихо, друг, я тебе зла не желаю. И, думаю, ты это уже заметил.