Нить времен

 – Помните, я вам говорил, что в одиночку трудно будет выжить, нужна поддержка других регионов, всей страны.

– Тут они дальше как раз пишут об этом, – продолжил переводить Альберт. – В Португалии после «революции гвоздик», в середине семидесятых, волна захватов предприятий и рабочего самоуправления распространилась по всей стране. Сначала в наименее капиталоемких отраслях, таких как текстильная, мебельная, агропромышленная, затем практически на всех предприятиях малого и среднего бизнеса. После свержения диктатуры Салазара там свирепствовал экономический кризис и захваты предприятий, как правило, были реакцией на объявления об их ликвидации из-за банкротства, реального или мнимого, сторонниками старого режима.

Они объясняют, почему, несмотря на рабочее самоуправление в общенациональном масштабе, Португалия так и не стала коммунистической страной: там сохранился денежный оборот и руководящая роль государства. Рабочие самоуправляемых предприятий были вынуждены обращаться к центральному правительственному аппарату за кредитами и субсидиями. Государство выступало в качестве посредника между различными предприятиями, которые иначе не могли договориться между собой. На таких самоуправляемых предприятиях было действительно достигнуто относительное равенство в зарплате, демократизация организационной иерархии, рядовые работники участвовали в принятии важнейших решений по производственным задачам, найму и увольнению наравне с руководством. Но рабочим контролем все и закончилось.

– То есть авторы хотят показать, на примере Португалии, что даже если рабочие захватят предприятия по всей стране, это все-таки не приведет к социализму? – подытожил Никитос.

– Вроде того, – подтвердил Альберт. – Вот они пишут дальше: «Движение так и не вышло за рамки рабочего контроля над производством, зарплатной шкалой, наймом и увольнением. Это было что-то вроде опыта завода «Лип», распространенного на целую, относительно бедную, капиталистическую страну. Этот опыт словно бы резюмировал в себе все тупиковые ошибки прошлого: популизм, ленинизм, сталинизм, самоуправление.

– Россию тоже к числу самых богатых стран не отнесешь, – заметил Данила.

– Это ладно, это пусть, может статься, они даже и правы, пусть так, – хлопнул Михась по колену Альберта. – Но что этот твой Жюль или Шарль предлагают взамен? Что делать-то надо?

Альберт листал французский памфлет до конца и какое-то время словно бы выискивал в тексте какие-то подсказки или предположения.