Как животные дурака женили. Сказка

– Здравствуй, Эльза, – улыбается парень, хоть он и глупая башка, да краше его во всем королевстве нету, – Как спалось?

И Ганс начинает большими глотками пить молоко: бульк, бульк. А Эльза будто ждала его вопроса.

– Опять глаз не сомкнула.

– Опять?

Ганс хоть и слышал каждое утро одно и то же, все-таки удивился. Ведь сам-то он засыпал быстро. Хлоп на подушку – и сразу в храп.

– Как подумаю – вот она я, вот мой дом, вот моя кровать, вот мой гребешок, которым я каждый раз расчесываю волосы.

Вот моя свечка. А ну как я ее задую… – вздыхая, говорит Эльза.

– И?

– А ну как лягу спать…

– Ну?

– А ну как усну крепко-крепко…

– Ох! – Ганс так увлекся, слушая Эльзу, что последние струйки молока потекли по его подбородку.

– И кто знает – когда я проснусь, буду ли это опять я… – говорит Эльза и передником утирает лицо Ганса.

– Ох, ну, Эльза, ну ты и… умная! А я бы ни за что не додумался… Надо же… Сплю каждую ночь так, что стены трясутся… И ни разу не подумал – я это просыпаюсь, или уже не я…

И тут снова доносится отцовский крик:

– Эльза!

Эльза быстро берет у Ганса опустевший кувшин и шепчет ему быстро-быстро:

– Хорошо, что ты молоко выпил.

А то постоит – прокиснет… прокиснет – а есть простоквашу некому… а буду делать творог – налетят вороны… а налетят вороны – накаркают беду… а…

– Эльза! – крик отца все ближе.

– Здесь я, батюшка!

Эльза бегом несется вдоль забора, выбегает с огорода, заскакивает во двор.

Отец на крыльце стоит, лицо полотенцем утирает – умылся

– Ты опять всю ночь свечку жгла? – ворчит отец, – Не напасешься!

– Ой, батюшка, не браните меня! – вздыхает Эльза, – А если б я уснула, да так крепко, что утром бы себя и не узнала, как бы вы поняли – я все еще Эльза – ваша дочь, или другая…

– Ох, и умная же ты, Эльза, – говорит отец, – Только вот из-за твоего большого ума никто тебя замуж-то не возьмет.

Ладно, солнце уже поднялось, ты корову подоила?

– Подоила.

– Кур накормила?

– И кур накормила, и козу на лужок отпустила, и коня на реке помыла… Ой!

– Что с тобой? – пугается отец.

– Ой! Ой-ой-ой! – хватается за голову Эльза, – Козу-то я на луг отпустила… А вдруг она там одна загрустила? Лежит на траве, скучает, того гляди – отощает!

– Тьфу ты, пропасть, слышать больше этого не могу! – говорит отец и уходит в дом.