Китайская ваза. Длинная пьеса для чтения

А чего стоит сцена умасливания Барашковой подсудимым и его сообщником генералом Епанчиным. Вранье на вранье. Тоцкий уверяет Барашкову, что будущий супруг любит ее «всею силой страсти и, конечно, отдал бы половину жизни за одну надежду приобресть ее симпатию». Так ведь вранье! Тоцкий говорит, что признания эти Гаврила Ардалионович, цитирую, «сделал ему, Афанасию Ивановичу, сам, и давно уже, по-дружески и от чистого молодого сердца». Так ведь снова вранье!

АДВОКАТ. Пусть вранье! Тоцкий все-таки не Мышкин, чтобы всегда говорить правду.

И что с того? Если бы Настасья Филипповна проявила элементарное благоразумие и вышла замуж за Иволгина, то не было бы никаких… так сказать… эксцессов.

Ведь Афанасий Иванович прав, когда говорит Барашковой, что, цитирую, «если Настасья Филипповна захотела бы допустить в нем, в Тоцком, кроме эгоизма и желания устроить свою собственную участь, хотя несколько желания добра и ей, то поняла бы, что ему давно странно и даже тяжело смотреть на ее одиночество: что тут один только неопределенный мрак, полное неверие в обновление жизни, которая так прекрасно могла бы воскреснуть в любви и в семействе и принять таким образом новую цель; что тут гибель способностей, может быть блестящих, добровольное любование своею тоской, одним словом, даже некоторый романтизм, не достойный ни здравого ума, ни благородного сердца Настасьи Филипповны».

СУДЬЯ. Господин прокурор, вам не кажется, что господин адвокат весьма убедителен?

ПРОКУРОР. Обвинение готово согласиться с разумными доводами защиты… Но… Но кто же в таком случае виноват в драме фигурантов дела, в лишении жизни Барашковой? Не будем же мы снова судить Барашкову – теперь не за ее… своеобразный характер и взбалмошность, а за ее, так сказать, избыточную красоту!

АДВОКАТ.

Не знаю, кто виноват во всем этом безумном нагромождении страстей, но только не гражданин Тоцкий. Нет… Да, любит женщин… и… девушек. Похотлив. Но при этом не злобив, не жаден…

ТОЦКИЙ. Именно так!

ПРОКУРОР. Вот мы здесь говорим о капризах Барашковой в связи с замужеством, о «трудах» гражданина Тоцкого и генерала Епанчина по устроению брака Барашковой с Иволгиным.

А что же сам Гаврила Ардалионович так сплоховал? Отвадил от себя Настасью Филипповну.

Появляется Гаврила Ардалионович Иволгин, занимающий место Тоцкого на скамье подсудимых.

ИВОЛГИН. Что вы от меня хотите? Что вы всё в душу лезете?! Все от меня чего-то хотят! Всем я чего-то должен! Сколько можно!

СУДЬЯ.